Женщины Цезаря

 – В таком случае надо сделать так, чтобы кампания не состоялась.

– Киликийские легионы! – тут же сообразил Силий. – Без них мы не сможем идти в ту страну, ровную, как доска. Лукулл знает это. Необходимо четыре легиона, чтобы сформировать отличный квадрат для обороны.

– Он уже послал за Сорнатием, – хмурясь, сказал Клодий.

– Его курьер полетит как ветер, но Сорнатию понадобится почти месяц, чтобы подготовить войско к маршу, – уверенно сказал Корнифиций. – Сам он сейчас в Зеле, а Фабий Адриан ушел в Пергам.

– Откуда ты это знаешь? – удивился Клодий.

– У нас свои источники, – ухмыльнулся Силий. – Нам нужно послать в Зелу кого-нибудь из своих.

– Для чего?

– Сказать киликийцам, чтобы они оставались там, где находятся сейчас. Как только они услышат, куда должна двинуться армия, они с места не тронутся. Будь там Лукулл, он убедил бы их, но у Сорнатия нет ни силы, ни ума, чтобы справиться с мятежом.

Клодий делано пришел в ужас.

– Мятежом? – взвизгнул он.

– Ну, не настоящим мятежом, – успокоил его Силий.

 – Те парни будут счастливы сражаться за Рим – только не в Понте. Поэтому настоящим мятежом это назвать нельзя.

– Правильно, – сказал Клодий, якобы успокоившись. – Кого вы можете послать в Зелу?

– Моего денщика, – отозвался Корнифиций, поднимаясь. – Нельзя терять времени. Я сейчас же его отправлю.

И Клодий с Силием остались одни.

– Ты оказал нам большую помощь, – поблагодарил Силий. – Мы рады, что познакомились с тобой, Публий Клодий.

– Не больше, чем я рад знакомству с тобой, Марк Силий.

– Когда-то я хорошо знал другого молодого патриция, – проговорил Силий, задумчиво вертя в руках позолоченный кубок.

– Да? – заинтересовался Клодий. Никто не знает, куда могут завести подобные разговоры, что может стать зерном для его мельницы. – Кто он был? Когда это случилось?

– В Митилене, лет одиннадцать-двенадцать назад. – Силий сплюнул на мраморный пол. – Еще одна кампания Лукулла! Кажется, мы никогда от него не избавимся. Нас собрали в одну когорту.

Лукулл решил, что мы очень опасны и на нас нельзя положиться. В те дни мы все еще много думали о Фимбрии. Поэтому Лукулл решил поставить нас впереди всех, под стрелы врага. И этого смазливого мальчишку, молодого аристократа, он дал нам в командиры. Думаю, ему было тогда лет двадцать. Гай Юлий Цезарь.

– Цезарь? – Клодий вдруг весь напрягся. – Я знаю его… ну, во всяком случае, слышал о нем. Лукулл его ненавидит.

– Тогда он тоже его ненавидел.