Женщины Цезаря

– Ну и что ты скажешь? – строго спросило это необычное существо, усаживаясь в кресло, в котором только что сидела мать.

– У меня перехватило дыхание.

Ответ ей понравился. Она улыбнулась, обнажив прекрасные зубы, крупные, белые и сильные.

– Это хорошо.

– Почему я, Фульвия? – спросил Клодий, сосредоточившись на главной трудности, на своем обрезании.

– Ты – необычный человек, – объяснила она, – и я тоже. Ты живешь чувствами. Я – тоже. Ты все воспринимаешь так, как воспринимал мой дед Гай Гракх. Я боготворю своих предков! И когда я увидела тебя в суде, как ты сражался против значительно превосходящих тебя сил, против Пупия Пизона, Цицерона и других, насмехавшихся над тобой, мне хотелось их всех убить! Да, мне было только десять лет, но я знала, что нашла своего Гая Гракха.

Клодий никогда не сравнивал себя с одним из братьев Гракхов, но Фульвия только что уронила в землю интересное зерно. А что, если он изберет сходную карьеру – аристократ-демагог, выступающий в защиту неимущих? Разве это не в точности будет соответствовать тому, чем он занимался до сих пор? Для него это будет легко, ибо у него имеется талант ладить с беднотой – талант, которого не было у Гракхов!

– Ради тебя я попробую, – сказал он и очаровательно улыбнулся.

У нее перехватило дыхание. Но затем она холодно сказала:

– Я очень ревнива, Публий Клодий. И поэтому со мной тебе будет трудно. Если ты хоть посмотришь на другую женщину, я выцарапаю тебе глаза.

– Я не смогу смотреть на других женщин, – серьезно отозвался он, переходя от комедии к трагедии быстрее, чем актер успевает сменить маски.

Она нисколько не смутилась. Наоборот, это ее заинтересовало. Она даже подалась вперед:

– Твою тайну?

– Мою тайну. И это действительно тайна. Я не потребую от тебя клятвы хранить ее, потому что существуют только два типа женщин: те, кто клянется, а потом все выбалтывает, и те, кто сохраняет тайну, не давая клятвы.

– Это зависит от тайны, – ответила она, чуть улыбнувшись. – Думаю, я – и та и другая. Поэтому я не буду клясться. Но, Публий Клодий, я умею быть верной. Если твоя тайна не уронит тебя в моих глазах, я сохраню ее. Я сама выбрала тебя в мужья и останусь верна тебе. Я умру за тебя.

– Не умирай за меня, Фульвия, лучше живи для меня! – крикнул мгновенно влюбившийся Клодий.