Мир пауков: Маг. Страна призраков (сборник)

Среди растений преобладали толстые ползучие побеги с широкими глянцевитыми листьями в зеленую и желтую крапинку, среди цветов – алые, раструбами, чаши. Тут и там среди этой массы проглядывали пальмы, такие как в Дельте. Зрелище впечатляло странной экстравагантностью – все равно что занавес, размалеванный шутом.

Когда подошли ближе, стало ясно, что запах здесь соответствует прекрасному виду: благоухание жимолости, сирени, роз, можжевельника и гиацинтов сливалось с приятным запахом, напоминающим свежескошенное сено.

Последний раз таким многообразием веяло в Дельте. Найл вспомнил, и стало как-то неуютно. Но когда Сидония двинулась среди кустов, с видимым упоением погружая лицо в чаши цветов, Найл тоже не удержался и нашел аромат изумительным.

– Ты здесь раньше когда-нибудь бывала? – спросил он у Сидонии.

– Да.

Ему показалось, что она скользнула робким взглядом по Дравигу.

– И здесь всегда вот так?

– Да, наверное, – сказала она неуверенно.

– Тогда почему сюда так редко ходят? Вон какая красота.

– Потому что… – она глубоко вдохнула из алой чаши, – потому что когда слишком много удовольствия, то нехорошо.

Под удивленным взглядом Найла женщина вспыхнула. И можно понять почему: служительница ведь, дисциплина и самоконтроль – предмет гордости. А от таких запахов возникает трепетное, томное желание расслабиться, уступить… Да, такой настрой был бы явно не по нраву паукам.

Изучал растения и Симеон, но только отстраненным взором ботаника.

– Почему они, интересно, растут вот так, среди зимы? – спросил Найл. – Их что, солнце заставляет думать, что это весна?

Симеон недоуменно развел руками.

– Уж и не знаю. В первый раз с таким сталкиваюсь.

– Даже в Дельте?

– С Дельтой не путай. Там почти у каждого из растений красота служит коварной приманкой.

– А ты уверен, что у этих – нет?

– О, конечно же нет, – сказала Сидония; голос кроткий, мечтательный, сама лелеюще поглаживает алую чашу, как какого-нибудь ручного зверька.

 – Какая же это приманка?

Найл перевернул медальон на шее – внимание сфокусировалось как под увеличительным стеклом – и тут же убедился, что она права. Было что-то трогательно невинное и кроткое в многообразии этих запахов. Интуиция подсказывала, что опасаться нечего.

– Ты когда-нибудь видел, чтобы растения цвели среди зимы?

– Чтобы так – нет. – Симеон изучал один из толстых глянцевитых листьев. – Ты видишь, листья вечнозеленые.