Мир пауков: Маг. Страна призраков (сборник)

 – Он пощупал лепесток оранжевого цветка, похожего на любопытной окраски розу. Найл сделал то же самое: упругий, мясистый. – Такой, похоже, устоит и против ветра.

Найл повернулся к Дравигу.

– Ты знаешь что-нибудь об этих цветах?

– Мои сородичи равнодушны к подобным вещам.

Чувствовалось, что паучище слегка подтрунивает; Найл уже не раз замечал за Дравигом эдакое чопорное чувство юмора.

– Но ведь не случайно же эти цветы понасадили здесь среди зданий? – спросил Симеон.

Найл почему-то подумал о том же самом.

Вблизи здания смотрелись так, будто построены для детской площадки; яркие цвета и затейливые узоры вызывали то же любопытное, светлое чувство.

– Может, здесь была детская индустриальной зоны.

– Индустриальной зоны? Это она и есть?

– Если верить карте.

Симеон медленно кивнул.

– Тогда понятно. В былые времена так и строили. У работников, когда вокруг все блеклое и унылое, развивалась депрессия. А стоило все вокруг разнообразить – и работалось усерднее.

У меня дед читал об этом в книгах по истории.

– Да, но чтобы цветы цвели зимой…

– Действительно. – Симеон сладко вдохнул из крупного золотистого цветка, напоминающего диковинных размеров львиный зев. – Не спорю, все это странно.

– Может, эти растения принесли из Дельты? – предположила Сидония.

– Тогда еще и Дельты не было, – пояснил Найл.

– Дельты?

Было видно, что об истории Сидония не имеет представления.

В кустах шуршал легкий ветерок, перемешивающий запахи так, что сладость казалась поистине нестерпимой; перед глазами начинало плыть, хотелось лечь прямо на мокрую траву и закрыть глаза.

Сделав над собой усилие, Найл перевернул медальон. Сонливости как не бывало, вместо нее – обостренная четкость, кажущаяся в сравнении какой-то даже жесткой. Исчезла и бездумная радость, сменившись деловой сосредоточенностью, желанием действовать.

– Скоро начнет темнеть. Пора двигаться.

Симеон с неохотой отвернулся от цветов.

А Сидония развернула плечи, тряхнула увесистым бюстом и двинулась следом решительной, целеустремленной походкой.

Соображения Симеона насчет индустриальной зоны были, очевидно, верны. Все здания здесь имели ту же нарочитую веселость, местами вплоть до вульгарности. Можно представить, как все здесь выглядело в свое время: ровные газоны, разноцветные здания, окруженные яркими цветами, – просто картинка из сказки.