Извлечение Камня безумия

У Аполлона не было бород.

ФОМА. Я брил ему, я видел все!

Фома готовит стул и сам приносит пыльные бокалы и вино.

ГОЛЬЦИУС. Как поживают твои милые детишки?

ФОМА. Был бы я знаком со всеми – сбрил бы бороду и ужаснулся нищете своей, ведь денег мне не хватит всех содержать.

ГОЛЬЦИУС. Сколько у тебя детей?

ФОМА. Рассеяны они по городам, число их – тридцать.

ГОЛЬЦИУС (удивление). Когда успел ты, друг? Не помню я твой пыл.

ФОМА. Тогда я прикупил пару ботинок, шляпу и совет какого-то бродяги.

ГОЛЬЦИУС. Что он сказал?

ФОМА. Держать свою болтливость при себе. Он прав! Он прав!

ГОЛЬЦИУС. Сколько заплатил ему?

ФОМА. Мне стало жалко денег. Подумал я тогда, что совет этот слишком прост. Потом его найти не смог. Это было время исполнения заказа памятных скульптур для небывалого моста.

ГОЛЬЦИУС. Печальна участь всех твоих трудов.

ФОМА. Я тоже думал так! Но поразмыслив после драки с одной из давних мне любовниц, не смог найти причин, чтоб не продать осколки всей бывалой красоты.

ГОЛЬЦИУС. Кто покупатель?

ФОМА. Аноним. Надел на сделку маску, привел каких-то странных мне людей, они собрали все осколки, части тел скульптур. Он заплатил мне щедро.

ГОЛЬЦИУС (пьет). Община процветает?

ФОМА. Меня изгнали, позор меня поймал на преступлении.

ГОЛЬЦИУС. Нельзя же столько сил давать страстям в постели. Ты даже поседел!

ФОМА (берет зеркальце). Бродя по Дриодоровой площади, я видел фестиваль золотых мечей, где спорили и представляли озарения наполовину проходимцы, наполовину мудрецы.

ГОЛЬЦИУС. Тогда ты – бог.

ФОМА. Хотел быть богом всех камней, но конкуренты не дают покоя. Винченцо! Имеет он талант не только скульптора, но знатно лижет всем ботинки. Недавно привилегии себе достал, молил об этом многих уважаемых людей.

ГОЛЬЦИУС. Стал в гильдии почетным членом?

ФОМА (сбивает бокал). Сумел бы магией ты вырастить на лбу подобный орган для него?

ГОЛЬЦИУС. Такое невозможно совершить.

ФОМА. Он герб себе достал! Перчатки мастера семейства скульпторов он носит, хвастаясь как дешевый и нелепый скорый труп!

ГОЛЬЦИУС. Ты полон гнева. А сколько их еще прибудет!

ФОМА. Молодежь стремится плюнуть на традицию, дерзость их меня бросает в дрожь.

ГОЛЬЦИУС. А где твои полотна?

ФОМА. Я сжег на площади добрую часть, пришло немало публики на это посмотреть. Не брал я кисти с тех пор, как принялся исполнять заказ Молоха. Пусть помнят его прах.