Усадьба Дом Совы

Я закричал, но не услышал своего же крика. Барабанщики начали свой вечный стук, и мой двойник запел: «Ол сонуф, Артан. Цодокаре! Ол сонуф!». Я закричал снова, но вместо крика услышал свой голос, говорящий: «Это моя вина! Я могу выбирать. Я должен выбрать, пока не поздно!»

10

От этого кошмара я не проснулся, не заорал во сне от боли, воображаемой, но и совершенно реальной. Мысль, что я могу выбирать, утешила меня, и я смотрел, как кровь стекает на землю и даже радовался ей. Сон рассыпался, угас, и я спал до самого утра, а когда проснулся, еще долго лежал с закрытыми глазами.

Я слушал мир вокруг, и не слышал птиц. Ощупал то, на чем лежу, и нащупал не мокрую землю, а простынь. Тоже мокрую, от моего же пота, смятую в комок, но все же простынь.

Веки осторожно поднялись. Унылый белый потолок сказал мне: «Доброе утро!». Просто облезлый потолок, а не небо и ветки дуба. Я проснулся в том же номере отеля, в котором уснул. Хорошее начало дня! Ноги почему-то лежали на подушке, но это не важно. Главное, что я никуда не уходил из номера.

Может быть, небольшая разлука с домом пошла на пользу, яды выветрились, и я теперь начну приходить в норму.

Пока я отдавал ключи парню за стойкой на первом этаже, он спросил:

– В этот раз окончательно?

– Что окончательно? – не понял я.

– Уходите окончательно, или опять вернетесь, как ночью?

Хорошее начало дня потускнело и покрылось ржавчиной.

– Я уходил ночью? – спросил я парня за стойкой.

Хотите знать, как люди смотрят на сумасшедших? Задайте им такой вопрос.

– Вы уходили ночью. Почти на всю ночь. Вернулись час назад. Вы что, не помните?

– Я во сне хожу! – соврал я, причем совершенно честно.

И ушел. Догадаться куда я ходил ночью, было не сложно. Нечего и проверять, я и так знал, что яма под дубом стала больше, и в ней появилось тело еще одной мертвой птицы. Голуби меня беспокоили больше всего. Они не вписывались в теорию о серой плесени. Токсичная плесень в доме может отравить их, но не может свернуть им шеи!

Я посчитал варианты, загибая пальцы, как ребенок.

Номер один – голуби сходят с ума и бьются головой о дуб или стены дома, пока не умрут. Тогда повсюду должны быть следы крови, но я их не видел. Хотя мозги у меня уже серьезно съехали набекрень, и я не мог гарантировать, что следов на самом деле нет. В таком состоянии я мог бы и медведя не заметить.

Второе – в округе завелся маньяк, который убивает голубей и забрасывает их ко мне домой, на что мало шансов.

И номер три.