Усадьба Дом Совы

Так пусть танцуют мертвецы, а музыка оркестра заглушает стук барабанов! Он голоден. Его надо кормить, и только мне решать, кто станет едой. Я чувствую запах гари. Мертвецы танцуют, и не знают бед, но я вижу зарево в зеркалах. Я оглядываюсь, и вижу своих детей. Их лица спокойны, а тела охвачены огнем.

– Тебе решать! – говорит моя жена, и пламя разливается по ее телу. – Ты сам сделал выбор!

Я проснулся и вскочил на кровати. Сон еще просачивался в мир яви, я махал руками и пытался сбить пламя с воображаемой жены, метался в поисках воды, пока не сделал шаг за край кровати.

Короткий полет закончился ударом о дешевый линолеум, я зашиб руку, расквасил нос, и только лежа на полу, понял, что вокруг нет ни танцующих трупов, ни горящих детей. Понадобилось время, что бы отдышаться. Если теперь мои сны будут такими, то лучше вообще не спать!

Когда я поднялся, на моей кровати лежал человек. Я узнал его – себя. Я на кровати открыл глаза и сказал:

– Тебе решать!

Я вздрогнул и проснулся. Тень стояла над моей кроватью.

Она наклонилась надо мной, свет упал на лицо, и я узнал его. Я стоял над своей кроватью.

– Тебе решать, кто здесь еда! – сказала тень, и я снова проснулся.

Или не проснулся? Понять, где сон, а где реальность очень сложно, когда они смешаны и завязаны в узлы. Я прислушался к своим ощущениям, и они вовсе не походили на реальность. Мои пальцы нащупали каменную стену под спиной, и я понял, что каким-то образом прилип к ней. Я висел и не мог спуститься на землю. Сон это был, или реальность, а нервы сдали.

Я закричал, задергался и сел.

Стена оказалась просто камнем, на котором я лежал и который в полусне принял за каменную стену. Просто старый камень в яме под дубом. На нем я провел ночь, и увидел свой тройной сон. После всего безумия, первое, о чем я подумал, было: камень холодный, так можно и простатит подхватить! И тогда я понял, что точно проснулся. Мне снились жертвоприношения, горящие дети и бал мертвецов, но уж никак не простатит.

Вчерашний день постепенно всплывал в памяти, хотя я не был уверен, что было на самом деле, а что во сне.

Стриптиз Делии на лестнице точно был просто галлюцинацией, а с врачом я говорил в реальности. Или нет? Я перезвонил ему и он ответил, но что если и это было сном?

Две кружки кофе не помогли прояснить голову, так что я отыскал в холодильнике бутылку Амаретто, и цедил его, пока не вспомнил, что в телефоне есть список вызовов. В списке числился входящий звонок, а потом мой звонок на тот же номер.