Битвы далекого севера

Вестовые и денщики ушли, как только завиднелась вражеская эскадра, они по боевому расписанию сейчас жить станут. Остались две служанки. Вот они, Кирилло, сама хозяйка, и старшие дети – Георгий, ему уже двенадцать, Стёпа, ему десять, и восьмилетняя Паша носят в погреб пакеты и мешки с чаем, кофе, сахаром, маслом, бельё и другое добро. Нельзя в доме оставлять. Вдруг при бомбардировке зажигательное ядро пустит неприятель? Хоть и есть пожарная команда в Петропавловске, но лучше поберечь имущество. Вот и прибирают его подальше, да поглубже.

Только управились, уже время обеда.

Губернатор Завойко, Василий Степанович пришёл с братьями Максутовыми, Александром и Дмитрием. Оба лейтенанты. Только один с «Авроры», а второй здесь, на Камчатке служит. Довелось братьям, уроженцам Перми, свидеться за тысячи вёрст от дома.

Оба Максутова двоюродные братья Юлии Егоровны. Они зовут её сестрой.

– После обеда, дорогая моя, отправляйся с детьми за Авачу. Там отставник Мутовин вас переправит через речку, – Василий Степанович взял жену за руки.

 – Жить будете на хуторе Губаревых. Кстати, Губарева тоже с вами пойдёт и госпожа Клинген.

– А может, где-нибудь поближе остановимся? – Юлия Егоровна взглянула ему в глаза. – В Сероглазке или Калахтырке? Ведь до хутора двенадцать вёрст идти.

– Там опасно. Можем ребятишек погубить в сырости. Лучше всего на хуторе.

После обеда стали собираться, отец обнял и расцеловал детей. Малыши расплакались. Жора вдруг бросился к отцу, обнял его и стал просить, чтоб тот разрешил ему остаться.

Василий Степанович нахмурился, но просьбу племянника внезапно поддержали братья Максутовы.

– Взрослый совсем, почти гардемарин! – Александр потрепал волосы на голове Жоры. – Отличный помощник.

– Хорошо! – вдруг губернатор Камчатки улыбнулся. – Георгий, будешь при мне адъютантом.

– Ура! – крикнули Максутовы. Мама заплакала, а Стёпа насупился. Он тоже попросился в адъютанты, но отец сказал ему, что он должен помогать матери.

Дома остался один старик Кирилло.

Он грузил телегу, запряжённая в неё Зорька лениво помахивала хвостом и изредка похрапывала, хватая верхушки травы.

Всё семейство Завойко, кроме отца и старшего сына, пешком отправилось в дальний путь. Юлия Егоровна несла на руках маленькую Юленьку, остальные малыши пока шли сами.

Вместе с ними подальше от войны двинулось семейство полицмейстера Губарева – жена и шестеро детей, а также госпожа Клинген с двумя своими ребятишками.