Этап. Nous

А только что была коротко подстрижена. И глаза – тёмно-карие, завораживающие. Ещё бы не хмурилась и не морщилась, ей это совсем не идёт. Николаев понял, что в кармане куртки подозрительно пусто.

– А где…

– Вон там, – Мария махнула рукой. – Лизнула тебя в нос, и убежала. Охотится, похоже. Ну что, подъём?

– Подъём. – Николаев встал сам – на удивление легко, хотя только что казалось, что ноги не держат – и помог подняться Марии.

– Знаю, – она кивнула. – Что это было, кто мы такие, как я туда попал.

Все с этого начинают. Можно тебя попросить?

– О чём?

– Не расспрашивай. Что-то мне хреново, злая я. Надо радоваться, наверное, а я злая. Не спрашивай пока, сама расскажу, как смогу. А сейчас идём – надо понять, где мы, и остальных найти.

– Они тоже здесь?

Мария кивнула и поймала его за руку.

– Бластер, – указала она на кобуру. – Проверь, где он. Если нет на месте, обычно где-то поблизости.

Бластер оказался в кобуре, но… всё та же китайская дешёвая поделка. Николаев для пробы «пальнул» в воздух – вспышки света, рокот.

Недоумённо почесал в затылке.

– Это нормально, – Мария улыбнулась, и достала из-под куртки тот диск. – А вот моя игрушка. У меня таких три. Сейчас тоже – просто диск.

Старый-престарый видеодиск, картинка на верхней части почти вся слезла, но надпись ещё читается: «Рыжая Соня».

– Так ты им хотела кошку… – Николаев провёл ладонью по горлу.

– Им. – Мария спрятала диск. – В общем, так, Сергей. Без обид, да? Я последние дни сильно не в духе.

Устала от всего этого. И у меня простое правило: если ко мне лезут, куда не просила – сразу в лоб. Ясно?

– Ясно. – Николаев огляделся. – Без обид. Кошка! Кошка? Кис-кис-кис?

– А имя у неё есть?

– Это и есть имя. А, вон она. Кошка! Мы уходим, ясно?

– Во умная! – поразилась Мария, когда заметила, что Кошка вприпрыжку мчится к ним.

– Вон там железная дорога, – указала Мария. – О, черника! Обожаю. Будешь чернику?

– А мы не торопимся?

– Всегда есть два дня минимум.

Пять минут ничего не решат, а мне ягоды хочется.

– Ладно, привал. – Николаев выпустил Кошку – погулять – и зверёк тотчас умчался куда-то в сторону. А сам Николаев уселся на ближайший пенёк и открыл портфель.

Паспорт лежал, где и раньше, но теперь в нём значилось: Семёнов Владислав Петрович. Очень мило. Ещё два-три раза, и начну забывать, кто я на самом деле, подумал Николаев. Как это понимать? Ладно, обещала рассказать – подождём.