Золотой козленок

? Закадрим?! ? больше надеясь на друга, нежели на себя, предложил Фунтик.

? Первым делом, первым делом самолёты, ну а девушки, а девушки потом (А. Фатьянов)…

Фунтик разочарованно процедил сквозь верхние резцы воздух, вывернув при этом голову:

? Сэкслюзивная тёлка!

? Чем короче юбка, тем длиннее за ней очередь сексуально озабоченных самцов, ? вполне логично заметил Жульдя-Бандя.

? Реклама ? двигатель прогресса, ? Фунтик кивнул в сторону пёстрой неоновой кириллицы «Интим-магазин для взрослых».

? Двигателем прогресса были, есть и будут дураки, которые в неё верят, ? Жульдя-Бандя высокопарно посмотрел на одного из представителей этого подвида человечества.

Друзья, окунувшись в подземный переход, вынырнули возле кафе, в котором две девицы, будто бы нечаянно, угнездились у витрины для демонстрации себя потенциальным воздыхателям.

Жульдя-Бандя помотылял в воздухе пальчиками. Девицы помотыляли в ответ, отчего с уверенностью можно было отнести их к провинциалкам, поскольку аборигенки слишком гордые, чтобы клевать на такую дешёвую наживку.

? Фунтик, фу, стоять, Зорька! ? у самой двери остановил друга Жульдя-Бандя.

? А шо ж ты тогда клешнями махал?! ? неохотно повиновался тот, настроившись на очередное романтическое приключение.

Друзья, не выбирая направления, шли, куда глаза глядят, оказавшись вскоре на берегу Фонтанки. Остановившись у моста, решили почтить его своим переходом.

На другой стороне одноногий воин-интернационалист в форме десантника, сидя на табурете, бу?хал пальцами по струнам дешёвенькой гитары, прося милостыню. Для этой цели был приспособлен солдатский котелок, служивший своего рода реквизитом.

Инструментальный монолог он сопровождал вокалом в патриотической тональности, с лёгкой проседью завядшей на чьей-то могиле флоры. Действие, вероятнее всего, происходило в Афганистане, потому что в песне упоминались Кандагар, талибы и разведрота.

Тронутый до глубины души Фунтик опустил в жертвенник червонец, чем позабавил кореша, который знал наверняка о том, что в 99 случаях из 100 просители милостыни в ней не нуждаются. Возможно, одесского урку растрогало то, что и он мог бы стать разведчиком и погибнуть героем, если бы в это же самое время не был узником яснополянского «санатория» строгого режима.