Песчаное небо

Оставалось, плюнув и чертыхнувшись, отрешенно уставился в потолок и даже попытался улечься поудобнее – под поясницу попала пакостная упругая складка. Я стал извиваться, побагровев от натуги – и тут тяжесть схлынула. И мне наконец удалось вздохнуть всей грудью а заодно и сладко зевнуть, едва не разодрав себе легкие.

Первым делом я уяснил, сколько времени и когда следующее включение маршевых – ведь явно мы не маневровыми тормозили, с такой-то перегрузкой. Коммуникатор давал мне полчаса на «очухаться» – ну да, все правильно, те же стандартные полчаса на диагностику систем: что-то я явно еще не проснулся.

Минут через двадцать я вышел в рубку. Там уже обоснавались капитан, старпом и кибернетик. Плух куда-то смылся, но, надо полагать, ненадолго. Цейса, оккупировав центральную консоль, «разглядывала» приближающийся корабль. Она была облачена в дессмийскую разновидность экзоскелета, и выглядела при этом очень внушительно. Грезот заметил меня первым, и привычно набычился, набирая побольше воздуха для пущей доходчивости:

– Соизволил продрать глаза? Марш за пульт, контролируй диагностику.

А тебе, Цейса, не мешало бы реанимировать Малыша, вместо того, чтоб без толку пялиться на этот раскуроченный хлам у нас по курсу.

Малыш – это наш разведывательный киборг. Во время полета он обычно отсыпался в грузовом: и вид, и повадки у него были очень похожи на расу своих создателей, тех же дессмийцев. Размер – чуть побольше. Метра два с половиной, если вытянется во фрунт.

– Расчетное время на запуск Малыша учтено, воин глубин, не следует саботировать мне анализ данных; диагностику я проконтролирую самостоятельно.

А землянин пусть пока окончательно пробудится, пока не натворил пагубных для себя последствий. Их раса не настолько развита, чтобы земные навигаторы имели тенденцию к ротации.

– Разговорчики на посту! – Грезот завелся с пол-оборота, и свирепо навис над работающим головоногом.

– А она права, – подумав, проронил капитан. – Сейчас ее вахта.

– Благодарю, капитан. Человек, я рекомендую тебе привести себя в рабочую форму, а также принять необходимое количество пищи – потом времени на это не будет.

– Э, нет! – поднял брови Фарч без тени улыбки. – Ты все же не старпом. Не знаешь… многого. Когда перегрузки большие – нам нельзя. Пищу. Совсем нельзя, поверь.

Рядом злобно заухал Грезот, очень довольный промашкой кибернетика. Надо бы запечатлеть этот знаменательный день в бортовом журнале, последний раз старпом смеялся года два назад.