Личный враг человечества. Книга 3. Останется только одна…

– Я ж те говорила, что ты неисправимый балбес! Скотина не разговаривает, тем боле ртом, у них нет рта, только пасть! Но все же начинаю склоняться к тому, что для некоторых здоровых скотин, брошенных родителями в детстве, бывают исключения!

– И я об этом, что немогет он пастью балакать по-нашенски, по-Самарски! Наверное, у него газики в животе устремились наружу, и издали на выходе похожую звуковую форму!

– Какую еще форму? Ты хде таких слов понабралси?

– Да как ты смеешь, дубина, меня оскорблять! – не выдержала Карина МХАТовской паузы и резко вышла из образа завсегдатая зоны.

 – Это я, успешный предприниматель, генеральный директор коммерческой фирмы не разговариваю, а пержу звуковыми формами? Ну, ты сейчас нарвался, гаденыш, на неприятности! Мне подобное не доводилось слышать даже от конкуренток на рынке. Это ты сам пердишь в два выхода! Вот сейчас, за это, выродок, тебе еще два отверстия в животе проделаю, для создания многоголосья, так сказать – полифонии на четыре тональности.

– Лукерья! Чур меня! Козел и вправду разговаривает! И как борзо! Давай его быстренько зажарим, пока из-за него с ума не сошли от голода, уже в животе урчит.

В этот момент, моя высоко образованная и культурная жена без всяких там прелюдий на публику, типа: злобно по фыркать, побить копытом, боднуть землю, послать на три буквы – рванула с ускорением в несколько «g»[2 - . G – принято считать эту физическую величину за единицу ускорения свободного падения на земле, равного 9,81 м/с?.

].

Узнаю ее в гневе, не хватает только любимой тефалевской сковородки. Прекрасный разгон, величественный прыжок в сочетании с презрительным взглядом ее прищуренных глаз. Два острых рога блеснули в свете солнечных лучей, растянувшись в две смазанные линии, как полосы от двигателей «Интерпрайза» из фильма «Стартрек», переходящего в варп-режим.

И быть парню насаженным на два «копья», но он оказался достаточно ловким, чтобы успеть уклонится.

И сильным, чтобы в момент смертоносного прыжка перехватить «рогатую торпеду», и как пушинку водрузить себе на могучие плечи.

– Вишь, какой агрессивный, пойду его скорее освежевать, пока нас всех не забодал, – буднично сообщил Митрич и развернулся ко мне спиной.

– «Женщины, женщины! Все-то за вами доделывать нужно! Как бы вы жили без нас мужиков? Давно бы Вас всех на вертеле б вертели!» – вновь глубокомысленно пробякал Ваш покорный слуга.