Четыре Сергея

Родю любили, и он своих любил, но доброту считал больше мягкотелостью, покладистость – слабостью, а слабость – уже грехом. При этом последнего слова в его лексиконе не было. Настоящая беда его родителей, (не только его), состояла именно в том, что выросшие в советское послевоенное лихолетье, они тоже плохо его понимали, и уж тем более не как не внушали детям.

Будучи битым в детстве до слёз, Родя разозлился на свою слабость, заточился. Сыграла роль и наивная советская пропаганда, не лишённая смысла:

«…при каждой неудачи – уметь давайте сдачи,

иначе вам удачи не видать!»

Родя начал отжиматься и закаляться, упражняться с гантелями.

Эффект плацебо работал. Он почувствовал силу. Сергей с удивлением узнал-увидел, что его обидчики и шести раз не могут подтянуться на турнике, а он уже мог восемь. Не показавшие его «норматив», были обречены. Плакать он перестал, возюкался в пыли двора пока мог, или их выяснения не прекратят взрослые. Его престали трогать, – а какой смысл устраивать себе неудобство? После того как Сергей подтягивался пятнадцать раз «чисто», он уже с сомнением смотрел на многих вообще: даже не все друзья отца внятно отвечали на вопрос: а ты сколько подтянешься? А отец, прикрутив трубку в два обёрнутых вокруг неё ремешка, шурупами к дверной коробке, вообще не интересовался тем, сколько раз он может подтянуться. Папа, над которым мама ходила больше, чем над младшим братом, говорил ему про школу, и про то что скоро пойдёт физика и геометрия. Это его радовало, как Родю турник. Выпив он всем рассказывал, как он учился в строительном техникуме. Не понятный набор слов из терминов и формул, какая-то ошибка отца, воспринималась Родей как планета Марс. Отец вспоминал формулу и свою ошибку в ней, на защите диплома, регулярно, убеждаясь, что собеседники не вникают в суть. Переходил на службу в армии, в Хабаровске. «Сначала я в Ашхабаде, а потом – в Хабаровске! Хабаровск – ха-ароший город. Мне так он понравился, я хотел там остаться. После службы, думаю, съезжу домой, погуляю, и, обратно, в Хабаровск. В часть зайду. Все знали, что через месяц приеду, заказы сделали…» Дальше шло перечисление командного состава, друзей по службе, и их личностные характеристики. Это час. Потом ещё один техникум, химико-механический. «Там уже я их щёлкал как семечки.»

Родя пытался анализировать факты. Отец, связавшись с техникумами и формулами, отслуживший в хорошем городе, давно уже ничего не добивался, ходил на работу, и пил не весело.