Бульдог. В начале пути

Некоторое время он пребывал в раздумьях, потом начал выказывать явные признаки нерешительности.

– Что, Василий, боязно заниматься подобным? – по-своему истолковав поведение денщика, усмехнулся юноша.

Оно и понятно. Государю служишь или кому, а в чернь с детства почтение к благородным вколачивается. Порой просто кулаками да батогами, а нередко и каленым железом. Что с того, что поручение самого Петра Алексеевича? Как мудрость народная гласит – бояре ссорятся, а у холопов чубы трещат. Потому, случись что, шкуру с него, Василия, сдирать будут, причем очень даже может быть, что самым натуральным образом.

– Боязно-то оно боязно, государь батюшка. Да только долг сполнить – то за честь почитается.

– Тогда чего замер?

– Так я понять хочу, все ли потребное тебе уж знаю или чего еще чего разузнать надобно.

– Нормально. И многое ты уже знаешь?

– Так по всему выходит, что прямо сейчас на все твои вопросы ответить могу.

– А ну-ка, докладывай.

– Перво-наперво по ротам, что сейчас на подворье. Третьей ротой командует капитан Волков.

Он во всем Ивана Долгорукова поддерживает, частенько вместе кутили. Волков Ивану в рот глядит и всячески с охотой под его рукой ходит, как и иные его офицеры. Пятой ротой командует Измайлов. Тот не так близок с Иваном, больше с Волковым. Как дуэль случилась, так Волков Трубецкого всяко-разно ругает. Сейчас у Долгорукова, с бутылью вина пошел. Измайлов все больше службой занимается.

Ага. Это и Петр заметил. К Трубецкому в секунданты пошли именно Измайлов и его поручик Вязов.

А не обратил он на это внимание сразу, так как первыми вызвались секундантами к Долгорукову капитан Волков и поручик Банин. Остальным вроде ничего иного не оставалось, кроме как встать за Трубецким.

– Значит, думаешь, можно довериться роте Измайлова?

– Не поручусь, государь. Но коли из этих двоих выбирать, то измайловских.

– С одной ротой гвардейцев меня не отпустят. Ладно, ты сказывал, что и по остальному готов доложить.

– Так и есть, государь. Седьмой ротой Семеновского полка командует капитан Глотов.

Никому приверженности не выказывает, себе на уме. Сказывают, что ничьего покровительства не ищет, так как служит по присяге, а присягал он на веру царю… ну императору, тебе, значит.

– Погоди. Семеновцами командует зять Долгоруких. И как он на то смотрит?

– Так ведь и служить кому-то потребно, а Глотов служака справный. Да в гвардии считай более половины ни в какие дела не лезут, мол, наше дело солдатское, прикажут – исполним.