Фронтир. Перо и винтовка

Алексею, конечно, это импонирует, но беглого взгляда на Коуба достаточно, чтобы понять – тот находится на грани паники. Все же сословное общество – это нечто. Алексей однажды был свидетелем того, как Хонза легко и с достоинством вел беседу с графом. Но королевская семья – это все же иная ипостась.

– Простите, ваше высочество, но что в моем поведении могло вызвать ваше неудовольствие? – произнес Алексей.

– Разве я говорю о неудовольствии?

– В таком случае, чем моя скромная персона могла вызвать ваше любопытство?

– Хм… Дворжак… Фамилия, как и имя, рустинские, но ваш акцент… Я даже не возьмусь определить, к какому региону можно его отнести.

– Крестовые горы на берегу Срединного моря.

– Да уж, задачка. Насколько мне известно, исторически сложилось так, что там просто великое множество различных народностей, как и языков.

– Совершенно верно, ваше высочество. Например, мой народ уживается в селении в одной из многочисленных высокогорных долин. Фактически только семь семей, а общая численность не превосходит трех сотен человек.

– И что за народность?

– Русские.

– Никогда не слышал.

– Ничего удивительного. Насколько мне известно, даже жители гор не знают всех поселений, а остальные… Ну кому интересны бедные и ничем не примечательные, за исключением гибельных скал и ущелий, места. Там до сих пор живут сами по себе, и ни одно государство не зарится на данную территорию.

– Да, мне знакома ситуация с Крестовыми горами, где берега настолько опасны, что нет ни одной сколь-нибудь пригодной гавани.

Бедные народы, живущие в средневековье.

– Все именно так, ваше высочество. Впрочем, возможно, что-то и изменилось.

– ?

– Я покинул родные места около пятнадцати лет назад. Так уж сложилась судьба.

– Было бы интересно послушать вашу историю, господин Дворжак.

– Да мне в общем-то и рассказать нечего, хотя на мою долю и досталось приключений с избытком. Если коротко, то представители враждебного рода попросту захватили меня, когда я необдуманно отдалился от нашего поселения, и продали в рабство.

Мне тогда только двенадцать было. Я кочевал из одного селения в другое, пока меня не купил торговец из Садана. По дороге мне удалось бежать. Я попал на один из кораблей, который по счастливой случайности направлялся в Новый Свет. Так я оказался в Новой Рустинии. Потом был бродяжкой. Когда подрос, то решил, что нужно как-то устраиваться в этой жизни, и записался вольноопределяющимся на границу. После службы получил гражданство.