Пандора. Одиссея

Только, несмотря ни на какие уговоры, он наотрез отказался покупать ей питомца, которого придется неизменно держать в доме. Сейчас-то жалеет об этом, но тут уж ничего не поделаешь. Если только вот Кнопку дочке привезти.

– Русский, что у тебя? – поинтересовался появившийся на пороге дома Лацис.

Вот вроде и пережито вместе уже немало, и какая-никакая нужда в Дмитрии имеется. И вообще пользы от него не так чтобы и мало. Но этот прибалт к нему иначе не обращается. Да еще и всем своим видом выказывает неприязнь и то, что он лишь вынужден терпеть его общество.

Нефедова порой даже обуревали сомнения – а не решит ли Лацис в самый последний момент оставить его на этом треклятом острове.

– Все закончили, сержант. Остается только покрасить. Думаю, что послезавтра можно будет выдвигаться.

– Вот и хорошо. Обедай и собирайся. И подружку свою прихвати. Прокатимся немного.

– Зачем? – искренне удивился Дмитрий.

Причин для этого не было никаких. Все необходимое для перехода было заготовлено загодя. Сегодня покрасят лодку.

Завтра к обеду спустят на воду, проведут ходовые испытания. И если все будет в порядке, послезавтра, с рассветом, в путь. А там – либо к спасению, либо к гибели. Все в руках божьих. Уж слишком мало зависело непосредственно от них.

– Лодку и без тебя покрасят. А мы займемся мародерством.

– В смысле?

– В том смысле, что пройдемся по домам и общежитиям, выпотрошим все вещи. По прибытии на сборный пункт всем выдавался небольшой аванс наличными. Здесь трат уже не было, все через электронку.

Вот эту наличность мы и поищем.

– Вообще-то у нас есть банковские карты, и…

– Русский, ты вроде неглупый и трезвомыслящий, но порой меня поражаешь, – оборвал его Лацис. – Во-первых, если это эксперимент, то я бы поостерегся пользоваться картой, пока вокруг него не поднимется изрядный шум. Во-вторых, на этих островах банки уж точно не в чести. Тамошним властям я свою шкуру не доверю, и оттуда нам придется выбираться самим. Вопросы?

– Вопросов нет.

– В таком случае какого дьявола ты тратишь наше время.

Пошевеливайся.

Тяв!

– Ну т-ты мне еще тут полай, лохматое недоразумение, – беззлобно хмыкнув, отмахнулся сержант от разбушевавшейся Кнопки.

Успокаивая зверька, Дмитрий накрыл его головку своей ладонью, прикрытой рабочей кевларовой перчаткой. Вообще к спецодежде тут отношение самое серьезное. Стоит жара, но все, кто трудится, экипированы без дураков. Сварочные комбинезоны, усиленные кусками брезента, обувь на массивной подошве.