Пандора. Одиссея

– Босс, может, уже что-то начнем делать? – произнес Дог.

– Вот видишь, русский, ты уже и нашего обжору заразил.

Дмитрий, явно нервничая, поудобнее перехватил своего «вепря» со снятой оптикой. Снайперская винтовка под натовский триста восьмой калибр, по системе буллпап, даже с учетом наверченного на нее глушителя в длину не превышала одного метра. Так что в стесненных условиях была достаточно удобна. А ее убойному патрону он доверял куда больше, чем М-4. И почему было не взять с собой пулемет. Ну оставили бы на базе двоих.

Но пулемет-то зачем.

– Отходим в эту комнату и через окно наружу, – наконец принял решение Лацис, указывая рукой в нужную сторону.

Вот интересно, он вообще когда-нибудь волнуется? Или это сказывается свойственная прибалтам флегматичность?

Несмотря на то что комната уже была обследована несколькими минутами раньше, входили в нее по всем правилам, как в необследованное помещение. Что вполне оправданно – мало ли что там могло за эти минуты завестись. Непонятно другое. К чему было вообще лезть именно в эту сторону, если они были в дверях уже обследованной комнаты?

– Русский, что твоя псина?

– Вправо косится.

И рычит все сильнее. Однозначно приближается.

– Ладно. Поверю. Прыгаете за мной немедля. Поехали.

Лацис извлек из подсумка светошумовую гранату. Подал знак Догу и выдернул чеку. Тот распахнул створку, и гостинец выпал за окно. Пара секунд. Грохнуло, ударив по ушам. Ну и сверкнуло без последствий. Оно и день, и всполох был за стеной.

Дмитрий и не ожидал от сержанта подобной ловкости и проворства.

Тот рыбкой скользнул в оконный проем. Причем открытый только наполовину. Как он вообще туда поместился, да еще и со снарягой? Но факт остается фактом, пролетел, ничем не зацепившись. И, словно этого было мало, Дог провернул то же самое. А ведь он в плечах пошире Лациса будет.

Дмитрий выбирался, именно выбирался, выказывая куда меньше ловкости. Причем делал это уже под аккомпанемент автоматной трескотни. Когда он наконец изготовился к бою, с мутантом все было кончено.

Окровавленное тело с узлами раскачанных мышц уже валялось на земле, мелко подергивая конечностями в предсмертных судорогах.

Ага. Кто бы доверял им в этом вопросе. Лацис выстрелил одиночным, вогнав пулю точно в темя. После чего сноровисто сменил магазин.

– Русский, займи свое место. Что ты как беременный.

– Кнопка вверх рычит, – выполняя приказ, проинформировал он.

– Держу крышу. Русский, слева и тыл. Дог, справа и общага.