Пилигрим. Воевода

И то, что не заинтересует промышленность даже на уровне восемнадцатого столетия, сегодня покроет запросы Романова с лихвой. Но даже если не найдется рядом луговой или болотной руды, он всегда может наладить ее закупку. Ведь не сырым железом или сталью торговать собирается, а готовой продукцией.

Так что наладит Михаил производство. Никуда не денется. Единственное, не мешало бы понять, каков местный спрос. Достанет ли его, или потребуется все же смотреть на запад. А значит, спускаться к морю и идти в Европу или как минимум в Царьград.

Хотя нет. Туда-то ему как раз путь будет заказан. Глупо рассчитывать на покровительство императора, коль скоро собираешься нарушить его волю.

Глава 4

На приеме у князя

В первый день торговля шла ни шатко ни валко. Продали всего-то пару ламп да три мышеловки. При этом пришлось изрядно помучиться, прежде чем научили покупателя настораживать их. Все же дело это непростое. Насадишь слишком сильно рычаг спускового механизма, и толку никакого. Хоть целый окорок сожрут, а ловушка не сработает.

Но наутро, едва разложили товар, тут же прибежал давешний мужик, как оказалось, купец. Причем теперь его интересовали не только мышеловки. В результате скупил все на корню. Как то, что было на торжище, так и находившееся на ладье. При этом пришлось еще и приведенного им парнишку обучать пользоваться механизмами. Но это нормально и при сегодняшней технической безграмотности попросту обязательно.

Родион откровенно негодовал. Змеей шипел в ухо сотнику, мол, какого рожна, господин, товарищ, барин, ты тут вытворяешь.

Так дела не делаются. Это не торговля, а черт знает что. За каким он тогда его, Родиона, сюда тащил, если эдак и сам мог все раздать. Михаил его успокоил как мог и отправил на торжище походить, прицениться, пообщаться с торговым людом и жителями города и окрестностей. Вот и будет практическая польза.

– Михаил Федорович…

Возмущению прибежавшего из города Родиона не было предела. Он даже задохнулся на полуслове, не в состоянии произнести ни слова.

– Родя, выдыхай, – опустив ложку в миску с кашей, успокаивающе произнес Романов. Потом взял стоящую рядом кружку и протянул парню. – Держи. Сбитня глотни.

– Да какой сбитень, – продолжал возмущаться парень. – Там, на торжище, давешний купец наш товар на продажу выставил. Причем цену положил втрое. Место у него побойчей, так что торговлишка идет куда лучше, чем у нас.

– И чем ты недоволен? Значит, стоящий товар.