Росич. Концерн

– Это только кажется. Ты вот что, командир. Давай к Варламу, заодно и продышишься. Пусть двигает за своим купцом, а я тут пока мужиков освобожу.

Купец появился только ближе к полудню. К тому моменту друзья при помощи хозяина и его сына перетащили трупы к опушке леса, подальше от заимки, где и начали копать могилу. Не бросать же их на растерзание зверям.

Хозяин оказался изрядно в годах, так что обращаться к нему просто по имени было неудобно, но от отчества он наотрез отказался, заявив, что если его хотят называть с вежеством, то пусть так и величают – дядька Антип.

Сына его звали Петр. Поразила разница в годах: по всему выходило, что сын у дядьки Антипа появился, когда ему было уже за сорок. Но объяснение было проще некуда.

Была у старика когда-то другая семья, и жил он на Урале, но так уж сложилось, что прошлась по тем местам эпидемия, вот из всей семьи один он только и выжил. Потом долго скитался, и где только его не носило – от Волги и до Владивостока. К тому моменту когда он оказался в этих краях, боль подутихла, и горе стало отступать.

Решил осесть.

Раньше он был охотником, так что те навыки пригодились и на новом месте. Женился на китаянке, которую, можно сказать, из неволи выкупил, куда она угодила за долги своего отца. Родился сын. Паренек оказался весь в отца: кровь того оказалась посильнее, – так что в лице Петра хотя и угадывалось что-то азиатское, по виду он был просто рязанским парнем, да и статью выдался – куда низкорослым китайцам. Но и тут беда не обошла старика.

Несколько лет назад на жену, собиравшую неподалеку от заимки лесную малину, напал тигр. Полосатого хозяина тайги они с сыном нашли и извели, да вот только жены этим не вернешь.

Купец оказался довольно молодым, ему еще не было и тридцати, однако весь его вид говорил о том, что дела его идут весьма успешно. При виде него Антон даже улыбнулся: традиционные китайские одеяния, что ни говори, производили двойственное впечатление, а шапочка смотрелась просто уморительно, – однако он предпочел сдержаться.

Едва увидев свою жену, купец бросился к ней и заключил маленькую, хрупкую девушку в свои объятия. Он тоже не был великаном, как и большинство китайцев, но она даже на его фоне была миниатюрной. Если бы Антон не видел ее лица, то решил бы, что перед ним педофил, но лицо говорило, что она хотя и молода, но и не девочка, а вполне взрослая девушка. Сцена встречи супружеской пары была настолько умилительной, что Песчанин даже засмущался.