Рубикон

От голода мы не умираем, так что лучше попытаться, чем схарчить в два присеста.

– Тоже верно. Садись пить чай. Извини, но ни хлеба, ни сухарей.

– Начало-ось.

– А ты как думал. Прямо и не знаю, как ты будешь обходиться без хлеба, – мне-то проще, я его и так не ела, а вот у тебя поистине трудные времена пришли.

– Это точно.

Как и ожидалось, с огородом они управились к концу дня. Подготовить даже такой незначительный участок с помощью одной-единственной лопаты получилось делом далеко не простым. Земля-то оказалась не твердой, но зато обильно поросшей травой.

Иди и борись, когда ни тяпки, ни грабель. Лариса не осталась сторонней наблюдательницей, но упахались они изрядно – считай, все руками. От ее былого маникюра не осталось и следа, лак стерся так, словно его никогда там и не было. Хорошо, хоть она предпочитала свои ногти накладным. Их она остригла еще на второй день, когда поняла, что, живя в лесу, сорвать эту красоту проще пареной репы, а сам процесс ой как неприятен.

Поливать ничего не пришлось, что поначалу обрадовало.

Едва закончили с этим, как зарядил дождь. Не проливной, а такой нудный, обложной. Он должен был обильно пропитать землю, совсем нелишне для огорода: пусть земля получше раскиснет.

Следующий день прошел под знаком все того же дождя. Оно и спать уже не хочется, но и делать ничего не сможешь. Хм. Даже костра не разведешь. Сухие-то дрова имелись, они были сложены в прихожей палатки, но ты поди под открытым, считай, небом разведи тот костер. Перед палаткой также образовалась грязь – травы-то под деревьями кот наплакал, уже вытоптать успели, а крыши над головой нет, так что вода с легкостью проникает сквозь бревенчатый настил, щели там такие, что в некоторых местах и кулак пролезет.

Вынужденный арест и сухомятка продлились два дня, а утро третьего ознаменовалось веселым щебетом птиц и взошедшим солнцем. Нет, все же нужно будет озаботиться навесом. Тут неподалеку имеются заросли камыша, так что можно камышом перекрыть. Когда еще будет готово жилище, не сидеть же сиднем в палатке – только время терять.

Палатка – это дело такое, начнешь что-либо мастерить, неуклюже повернулся – и испортил добрую вещь: тесно же, хотя с виду и просторная, но поделена на три части, опять же форма не прямоугольная, а куполом вздымается, стенки получаются под углом.

Вот навесом они и занялись, едва вырвались из вынужденного заточения. Носить камыш охапками – та еще морока, далеко и много за раз не унесешь, даже если действовать вдвоем.