Шелест. Гимназист

А я что говорил? Матушка, может, и бесталанная, но знают и уважают её многие, потому как к дару не мешало бы иметь ещё и мозги, характер да умение командовать. Ну и такой момент, что он назвал меня её сыном, не поминая отца. Как я уже говорил, главой нашей семьи считалась именно она. Вот сравняется батюшка с нею по дару, тогда и займёт это место по закону.

– Так и есть, ваша светлость.

– Спасибо вам за спасение дочери, сударь.

– Примите и мою искреннюю благодарность, – поднялась со стула княгиня.

Оба примерно ровесники матушки и Рябовой, но выглядят при этом лет на тридцать пять, не более.

Что значит более сильный дар, который способствует не только сохранению здоровья, но и продлению молодости.

– Меня не за что благодарить, ваша светлость, – вновь отвесил я поклон. – Мне только и оставалось, что погибнуть или сбежать. И именно второе-то я и собирался сделать. Всё остальное заслуга Эльвиры Анатольевны, – приложившись к ручке княгини, откровенно ответил я, сделав реверанс в сторону учителя фехтования.

– Но именно вы увидели преступление и, не побоявшись, не просто подняли тревогу, а попытались воспрепятствовать злодейству, – хлопнул меня по плечу князь. – Я ещё встречусь с вашей матушкой и позабочусь о заслуженной награде за достойное воспитание сына. Что же до вас лично, сударь, то вот вам сто рублей на карманные расходы и мои искренние заверения в том, что вам всегда рады в моём доме.

Бог весть как это у него получилось, но по каким-то полутонам, полуинтонациям и ещё нескольким «полу» князь сумел передать то, что лучше бы мне не принимать это за чистую монету и не совать нос в княжескую усадьбу.

А я и не дурак, оно мне и даром не нужно. Потому как ничего, кроме проблем, меня там не ожидает.

– Благодарю, ваша светлость, – принимая кожаный кошель, ответил я.

На выходе из Разбойного приказа мне отдали всё моё оружие, изъятое при входе. Как, впрочем, и трофейное, которое я просто повесил через плечо, намереваясь сразу направиться в оружейную лавку, где и пристроить его к своей вящей выгоде.

Хотя причин для поспешности я и не вижу. Благодаря недавнему выигрышу и премиальным от князя мои финансовые потребности закрыты на несколько месяцев вперёд.

– Пётр Анисимович, – окликнул меня девичий голосок, когда я вышел на широкое крыльцо.

Гадать, кто бы это мог быть, мне нет никакой надобности, потому что я в принципе не могу ничего забыть. Поэтому просто обернулся к княжне и изобразил поклон.