Скиталец. Дворянин

– Мне казалось, что вольные острова имеются только вдали от цивилизованных стран. Тут, конечно, до Африканских архипелагов рукой подать, но и Европейские – вот они.

– Н-да. Молодо-зелено.

– Может, объяснишь?

– До ближайшего такого острова не больше полусотни миль. Есть такой клочок суши, Альборан.

– Это по названию моря, что ли?

– Лет полтораста назад один лихой пират получил баронский титул и обосновался на этом острове, воспользовавшись небольшой уютной гаванью. Европейские архипелаги всегда были бурлящим котлом.

А еще здесь хватает торговых путей. Так что для каперов всегда найдется дело. Ну, бритты подсуетились, облагодетельствовали бывшего пирата титулом. И обосновался барон Альборан на клочке суши эдаким независимым правителем карликового государства, придерживающегося нейтралитета. Союзный договор с английской королевой, готовой обеспечить свободу и независимость острова всеми орудиями британского флота.

– А в ответ часть доходов уходит в королевскую казну, – не спрашивая, а утверждая, произнес Борис.

– Официально – нет. Никаких доказательств тому не имеется. Но ходят пересуды, что барону перепадает хорошо если пятая часть от всей прибыли. Если подумать, тоже немало. Но все же первая скрипка у англичан.

– На острове крутятся такие большие деньги? – удивился Измайлов.

– Так это же настоящий пиратский вертеп! Сам посуди, там одновременно могут находиться каперы противоборствующих сторон и мирно попивать пиво, произнеся здравицы друг за дружку.

Причем тащат добычу неизменно на Альборан, а не в порт нанимателя. Потому как если по-другому, то и от дома могут отказать.

– И что, все призы проходят через этот остров?

– Не все. А только тех, кто сделал каперство своим ремеслом.

– Понятно. Не понятно только, отчего военным кораблям воюющей страны не подойти к острову и не начать патрулировать за пределами трехмильной зоны.

– Потому что бритты этого не позволят. В гавани Альборана базируется серьезный отряд боевых кораблей, оберегающий неприкосновенность и независимость маленького, но гордого государства.

Чтобы, не дай боже, кто не обидел. Так что ближе чем в тридцати милях от острова никого задирать не позволят. А связываться с Англией себе дороже выйдет.

– Вот оно, значит, как, – задумчиво произнес Борис.

– Ты чего удумал? – сделав очередную затяжку и выпустив облако дыма, поинтересовался Рыченков.

– Ничего.

– Ты это тете рассказывай.