Одинокий кипарис

Однако девушка казалась ему поверхностной, недалекой, не способной на какие-то серьезные достижения в жизни и вдобавок совершенно беспомощной в постели. К тому же в ее письмах постоянно попадались нелепые орфографические и пунктуационные ошибки, а этого Виктор терпеть не мог. Ему частенько хотелось сказать ей, чтобы она внимательнее относилась к грамматике и правописанию, однако он так этого и не сделал.

«Пускай пишет, как хочет, какая мне разница, в конце концов», – думал он каждый раз, с неохотой садясь за очередное письмо.

Он уже давно планировал прекратить эту ненужную, бессмысленную переписку и прямо сказать Наде, чтобы она перестала тратить бумагу и чернила на выражение своих пылких чувств, но все никак не мог решиться на это.

Виктор встал и неспешно натянул на себя одежду. Через пятнадцать минут должен был начаться однообразный санаторский завтрак.

Он аккуратно складывал свое полотенце, когда на тропинке, ведущей к пляжу, появилась элегантная женская фигура. Молодая женщина подошла к воде, сбросила босоножки и окунула в морскую воду свои смуглые ноги.

Виктор застыл на месте. Женщина стояла шагах в десяти от него, но как будто не замечала его присутствия. Он сразу отметил про себя красоту ее фигуры: на вид ей можно было дать лет двадцать шесть или двадцать семь, темные волосы до плеч, тонкая изящная талия, длинные ноги. На ней было модное синее платье, на плече висела серая пляжная сумка. Она немного прошлась босиком по пляжу, расплескивая по сторонам соленую морскую воду.

Походка ее была легкой, парящей и в то же время какой-то царственной, уверенной. Утренние лучи нежно освещали ее смуглую кожу, играли в ее густых волосах.

Девушка слегка повернулась в сторону Виктора, и он увидел ее лицо. Оно тоже показалось ему очень красивым, он сразу вспомнил одну из своих любимых актрис, итальянскую кинозвезду 1950-х Джину Лоллобриджиду. Незнакомка была очень похожа на нее.

Взгляд девушки на секунду пересекся со взглядом Виктора.

Он растерянно улыбнулся, она тут же отвела глаза. Он почувствовал, как полотенце выскальзывает из его рук и падает на гальку. Сердце забилось чаще. «Да что это со мной? Что за ерунда…»

Виктор никогда еще не влюблялся с первого взгляда. Он вообще скептически относился к пылким любовным страстям и был уверен, что это лишь выдумка французских и английских сентиментальных романистов XVIII века, труды которых он с интересом штудировал в университете.