Скиталец. Неугомонный

Губернатор архипелага решил не отставать и поспешил ввести новшество здесь. Штрафы за разбрасывание мусора просто огромные. Так что хочешь что-то выбросить, верти головой в поисках приметного ящика. Благо стоят они непременно на каждом перекрестке, а также у всех заведений и магазинов.

А это что еще за… Взгляд Бориса зацепился за трех французских военных моряков, беседующих со знакомым полицейским. Завсегдатай бистро Рауля, куда Измайлов сдавал мясо. Полицейский подбородком кивнул в его сторону. Конечно, не факт, но крейсер «Кентена» все еще стоит на рейде.

Какая там гордость! Ноги!

Борис отвернулся и двинулся вверх по улице. Моряки шли за ним размашистым шагом. Да целеустремленно так. Как пить дать решили посчитаться. Вот же гады! Борис побежал. Оглянулся. Бегут за ним. Вообще-то убежать не проблема, даром, что ли, изводил себя два года. За семь месяцев форму растерять еще не успел. А эти и курят, и алкоголь хлещут, так что всяко-разно долго не продержатся.

Вот только все время бегать не получится.

Похоже, полицейские решили пойти другим путем. Попросту сдали обидчика морячкам. Убить, может, и не убьют, но морду набьют качественно. Но ведь получиться может по-разному. Замотают дело да подвесят сушиться, пока само не отвалится. Только Борису тогда уже будет все равно.

Так что проблему нужно решать, причем жестко, но желательно нерадикально. Лишнее это. Вот что мешало Борису после участка сначала вернуться домой за револьверами! Сейчас бы разобрался на раз, а там – в консульство.

Впрочем, туда он еще сбегает, но потом. Пусть знают, что не все коту масленица.

Подпустил преследователей шагов до пятидесяти. Многоквартирный дом. Открытая дверь. Полутемная парадная. Забежал внутрь и сразу забился в угол.

Морячки влетели по очереди и тут же остановились. Слишком уж резкий контраст между светом и густым сумраком. Дыхание тяжелое. Видно, что бег дался нелегко, так что они ничего, кроме себя, не слышат, если, конечно, не шуметь слишком сильно.

А Борис и не собирался.

Скользнул за спину последнему и с размаху опустил на голову книгу. Тот опал, словно лист. Вряд ли наповал, но оглушил качественно. Второй резко обернулся, тут же получил ногой в пах и, подвывая, переломился вдвое. И вновь в дело вступила книга. Глухой удар, и матрос распластался на товарище.

Третий выхватил нож, но с атакой вышла заминка, так как нужно было перебраться через бесчувственные тела товарищей. И вновь пригодился самоучитель.