Моя не понимать

Димка допил кружку и запустил ложку в миску. Все уже понемногу отъели. Что у нас здесь? На вид – овощи с мясом. Приступим…

Хозяева ели мало и быстро закончили, жестами показывая Димке: мол, ешь, ешь, не стесняйся.

«Где-то на востоке съесть все, что тебе предложили, – нарушение этикета… А где-то еще наоборот, не доесть – обидеть хозяев. Что делать? А-а, к бесу! Я дикий яггай, правила поведения за столом соблюдать не обязан!»

Все-таки Димка постарался не идти на поводу у требовательно пищащего желудка и ел медленно, не торопясь.

Крестьяне как-никак. Может, у них тут вообще голод, последнее собрали.

Последнее не последнее, но скоро еда подошла к концу. Димка приготовился к тому, что его выпнут из дома. Как говорится, поели-попили, пора и честь знать. Не пора: хозяева и хрюны смотрели на него ждущими глазами. Что?

«Чего они так смотрят? Ответный жест? А какой? Денег дать? Или что?»

– Господин Гхыкрыр, не расскажете ли вы нам о яггаях? Мы думали, ваш трррррр (народ?) давно трррррррр, но видим, что это тррррр…

«А, им любопытно, откуда я взялся… Я бы рассказал, да как, если у меня в лексиконе полтора слова?»

– Хыр…

«Вот как рассказывать, если у меня даже слово «я» не произносится?! Попробовать окольно?»

– Моя…

«Надо же, получилось.

Вот так и придется вести беседу: «Моя Тарзан, твоя Джейн».

– Моя… ударить… голова…

«Ух ты, целая фраза!»

– Моя не помнить.

На лицах женщин (все-таки у хрюнов лица, а не морды) появилось особенное выражение: «Ах, бедняжка!» Они уже забыли, что «бедняжка» в три раза их выше, в пять раз тяжелее и вообще потенциальный людоед.

Что нужно, чтобы оказаться объектом жалости женщин? Огромный, неуклюжий, говорит косноязычно, да еще и калека. Что получается в итоге?

Убогий. Юродивый. Деревенский дурачок.

Да и черт с ним!

Пусть хоть дауном считают, только накормят и дадут поспать! А то организм теперь настоятельно требует постели.

Все, особенно женщины, наперебой начали рассказывать «бедненькому», где он и что с ним.

Сначала плохо улавливался смысл, потом постепенно заработала языковая интуиция, и стало хоть немного понятнее. Естественно, как называлась планета или материк, никто не сказал. Когда это крестьян заботили такие глобальные вещи? А даже если бы Димка смог донести до собеседников вопрос о планете, ответ бы все равно ничего ему не дал. Все имена интуиция почему-то взялась передавать французскими, в разговоре мелькали бесконечные Жаки, Андре, Клоды, Катрин, Анны и Элис.