Моя не понимать

С воротами. А вот то, что за проход на луг берут деньги, кюре забыл упомянуть.

Сейчас Димка и два кассира, люди в синих мундирах и засаленных зеленых шарфах, толстые, как гаишники, пытались вместе разобраться, сколько причитается с Димки.

– С тебя два тррр, два! – надрывался сборщик, стоящий слева.

Что загадочных тррр два, Димка понял уже давно. А вот как они выглядят… И сколько их в Димкиной серебрушке. Он подозревал, что стоит показать хоть одну из оставшихся у него монет, и тут же выяснится, что проход на луг стоит ровно одну серебряную монету.

– Два, – кивнул он. Здесь не Болгария, и кивок поняли правильно.

– Да, да, – обрадовался левый пузан, – два тррр!

– Два что?

Левый плюнул.

– Да он не понимает, что такое тррр, – наконец сообразил правый, – у них же денег, наверное, нет.

– Так покажи ему! – взвился левый.

Правый вздохнул. Присел на корточки.

– Вот смотри, яггай. – Он высыпал на очищенный участок тропы горсть монет из кошелька на поясе.

– Вот это, – показал он монетку, где-то с советские три копейки, – тррр – самая мелкая монета…

Мозг лихорадочно зашуршал картотекой, подыскивая соответствие. Лиард? Су? А, ладно, будет денье.

– Вот это – монетка побольше, с головой, – полтррр.

Половина чего?

– Она значит, как две денье. Понятно?

– Вот это – еще одна медная монетка – тррррр.

Понятно, а предыдущая была пол этого самого… пусть будет су. Значит, пока у нас есть су, полсу и денье – четверть су.

– Это трррр, или четыре су.

Так и запомним – четыре су. Иначе мозг закипит – для каждой монеты свое название.

– А вот это, – толстый палец выбрал из кучи серебрушку, в точности, как у Димки, – трррр…

Ливр, и черт с ними.

– Двенадцать су – это один ливр. Понятно?

– Да, – кивнул Димка.

– Так вот, с тебя два четыре су. Понятно?

Черт, надо было для этой монетки свое название подобрать. А теперь мозг именно как «четыре су» ее и запомнил, не перепишешь.

– Два четыре су, – повторил толстяк.

Восемь су, значит. А в серебрушке, тьфу, ливре их двенадцать.

– Моя дать твоя это, – Димка показал ливр, – твоя дать мне четыре это.

Палец Димки уткнулся в монетку в одно су.

– Э-э… – не нашелся толстяк, пихнул в бок товарища.

Тот стоял, раскрыв рот. Трудно ожидать от дикаря таких успехов в арифметике.

Димка подхватил требуемые монетки, кинул в кучку серебрушку и прошел на луг.