Сектант

За столом восседал…

На мгновение Сергею показалось, что он провалился не в прошлое, а в какой-то безумный фильм, в котором смешались все киногерои разом: священник – мастер Йода, начальник – фашист Ганс, а теперь еще и библиотекарь – Илья Муромец.

Здешний книгохранитель действительно выглядел в точности как богатырь из старого фильма-сказки. Огромный торс, мощные руки, волосы, каштановой волной падающие на плечи, окладистая борода колечками. Пронзительный взгляд темно-синих глаз. Казалось, гигант так и рявкнет сейчас: «Коршун ты чебуркуевской!»

– Добрый день! – рявкнуть не рявкнул, но будь голос чуть погромче, и деревья бы пригибались.

– З-з-здравствуйте… – После общения с полякофобом-начальником Сергей начал бояться людей. Особенно больших.

Широченная, как лопата, ладонь протянулась в жесте приветствия. Сергей шагнул вперед, протягивая руку навстречу…

Интересно, не вовремя проснулось чувство собственного достоинства, обиженное всеми сразу, начиная с Ингвара и заканчивая начальником, – почему это я должен к нему подходить, чтобы руку пожать? Здоровый, да? Чуть приподняться не может, лень задницу от стула оторвать…

Богатырь, действительно, даже не подумал приподниматься.

Было в нем что-то неправильное, но что, Сергей не успел понять. Возмущение кипело и бурлило.

– Данила, – добродушно пробасил богатырь.

– Сергей… мм… Вышинский… – настороженно ответил наш герой. Кто знает, может быть, тут все ненавидят поляков?

– С Павлом пообщался? – хохотнул догадливый Данила, кстати, судя по всему, ровесник Сергея.

– Откуда…

– Да уж больно испуганно ты фамилию назвал. Да и слышал я его крик…

– За что он так поляков не любит-то?

– Так он в двадцатом в плену в их концлагере, в Тухоле, побывал…

– А-а… – понимающе протянул Сергей, на самом деле ничего не поняв. Концлагерь? У поляков?

Концлагерь у Сергея ассоциировался только с немцами. Ну, в крайнем случае, с большевиками. Уж никак не с Польшей. Все страньше и страньше…

– А ты, Сяргей, откуда?

– Из Козьей Горы.

 – Сергей внутренне поразился тому, как привычно он произнес это название. Это он-то, москвич!

– А, сяктант…

– Ну да…

– Почитать пришел? Только учти, библий мы не держим.

Шутник, блин…

– Да нет, мне бы газет… Нам в секте газет не давали… Вот хочу узнать, что за ситуация в мире и стране…

Данила оживился:

– Про революцию хоть слышал?

– Ну да… Кто ж про нее не слышал…

– В мире сейчас капитал процветает, душит рабочих, крестьян.