Золото острова Аскольд

– Люди непростые, – прошептал охотник, указывая на волосяную верёвку приготовленной для незваных гостей ловушки. – Опасаются.

Налетевший порыв ветра взметнул вверх горячие искры костра, и вспыхнувшие языки пламени высветили поляну. Вокруг огня неподвижно лежали четыре фигуры.

– А где караульные? – недоумённо прошептал Табичи.

– Т-сс! – приложил палец к губам Сигунай. – Это сульса (корейские ниньзя).

По высветившемуся из темноты снаряжению, и расставленным ловушкам юноша понял, что перед ним не простые кантё (шпионы), а профессиональные убийцы.

А караульные есть, но показывать себя они не желают.

В голове воина заметались противоречивые мысли.

«Вот бы самому уничтожить убийц», – подумал он.

«Но это не так-то просто, – предостерёг его внутренний голос. – Сульса даже спит с открытыми глазами».

«Мы тоже кое-что умеем, я телохранитель Агуды. Мне бы только дозорных обнаружить», – не сдавался Сигунай.

Спор разрешил всплывший в сознании голос Агуды: «Жизнь командующего в опасности».

И молодой воин, отбросив сомнения начал действовать.

– Должно быть двое дозорных, – едва слышно шепнул он на ухо Табичи. – Необходимо найти.

Тот молча кивнул и весь превратился в слух. И слух охотника их не подвёл. Через некоторое мгновение он ткнул юношу в плечо, и указал на дерево.

Сигунай понятливо кивнул головой и, приглядевшись, обнаружил затаившуюся «кукушку».

– А второй? – спросил он на пальцах.

Оказалось, что второй укрылся за елью, стараясь не попасть в круг света, отбрасываемого костром.

Наступило время принятия решения. Сигунай вспомнил, как пять вёсен назад он проходил испытание на посвящение в воины (ритуал существовал у многих народов, двенадцатилетние мальчики оставлялись в лесу и проходили экзамен на выживание). У него был только нож. Голодный и замёрзающий мальчик выследил рысь, которая в свою очередь охотилась на него. Она так же, как корёсский сульса, приникла к толстой ветви колючей ели. Верный бросок ножа спас его тогда от смерти и поставил в один ряд с воинами рода ваньян.

Юноша до сих пор помнил, как зубы разрывали горячую плоть дикой кошки, а тёплая кровь согревала застывшее тело. Он пил её прямо из раны поверженного зверя.

Но сейчас ситуация была немного иной. Сигунай не сомневался в верности своей руки. Но шум от падения тела разбудит остальных. Следовало придумать нечто этакое. И он придумал. Но первым следовало обезвредить затаившегося на земле.