Мигом одним

Браконьер он как зверь, тепло за версту чует, вот мы и мерзли.

Я не мог понять Костяныча, что ему так до всего есть дело, но на прямые вопросы он не отвечал и смотрел на меня с укоризной. Мол, сам понимать должен. Я не понимал, а скорей всего просто не хотел понимать. Мне было хорошо. Водки мы не пили, да и некогда было. Раз за зиму дед налил стопку и то только что я простыл. Наркота понемногу отпускала.

******

– Макс! – Раздался голос деда из дома.

Я нехотя оторвался от приятного занятия и заглянул в открытое, по теплой погоде окно.

– Чё Костяныч?

– Пойдешь в дальнее зимовье. Помнишь, в феврале там были, медведь там, шатун, баловал. Восстановишь, что он наломал, да о душе подумаешь, тайгу послушаешь. За две недели справишься. Не соскучишься, можешь и три недели посидеть, тебе есть о чем думать. Сегодня собирайся с умом, завтра с утра, я тебя на тот берег направлю.

Задавать деду вопросы и спорить с ним, смысла не было. Ещё пол часа погревшись на солнышке, я пошел собирать инструмент для ремонта и паковать поклажу.

По окончанию сборов дед торжественно вручил мне свой древний СКС и к нему выдал десять пачек патронов. Я удивился такой щедрости. Тащить с собой лишний груз очень не хотелось.

– Костяныч, ты на войну меня собираешь? Пачки хватит.

– Патрон вес не тянет. – Мрачно ответил дед.

– Так это больше трех кило!

– Возьмешь. Ты в тайгу идешь, а там не только зверье ходит. Я многим крови попил, да ты глотнул. С тобой бы пошел, только пора тебе самому в тайгу ходить.

Всяко в жизни бывает. Вдруг заболею я и что? Привыкай.

Я обреченно махнул рукой. Спорить с ним не имело смысла. Самое обидное было то, что он всегда оказывался прав. От таких мыслей мне стало зябко. Сражаться за свою жизнь и принимать самому решение «жить или не жить» мне очень не хотелось. С моим прошлым это был серьезный, небезопасный выбор.

******

За четыре дня я добрался до дальнего зимовья. По-хорошему идти налегке было дня два, максимум три, однако поклажу пришлось тянуть на волокушах, а это значительно снижало мою скорость.

Но дойти это только пол дела. Сначала пришлось перетаскать всю поклажу в дом, а потом, при свете керосиновой лампы прибраться и затопить печку. Толстый слой пыли покрывал все. Спать в мусоре я не хотел, а сил уже просто не было на генеральную приборку. Более менее очистив один угол я устроился в спальнике. Заснул мгновенно, устал страшно.

Ночь прошла спокойно.