Чертово городище

Воронов готовил очередной вопрос, когда в ворота застучали сильно и требовательно. После двух-трех ударов раздался женский голос:

– Наталья, ты дома?

– Дома, че орешь! – двинулась к воротам бабка.

– А гости твои?

– Дома все, дома, не ори! Что случилось-то?

– Да как что?! Овсянниковых убили! Пошли посмотрим.

Бабка, охнув, прислонилась к воротам, Ирма схватилась за лицо, Воронов замолчал, соседка, оповестив, засеменила к месту происшествия.

Воронов молчал недолго, взял Ирму за руку:

– Есть короткий путь к дому Овсянниковых? – и, видя неподвижное лицо Ирмы, повторил громко, – Есть путь?

Ирма кивнула, схватила Воронова за руку, потащила за собой.

Возле распахнутых ворот овсянниковского дома стояли, не решаясь войти, люди. Ирма стала проталкиваться вперед, а Воронов остался сзади.

Ему и отсюда было видно главное.

Овсянникова в спортивном костюме лежала почти посреди двора, широко раскинув руки и согнув ноги в коленях. Овсянников сидел за накрытым для обеда столом, уткнувшись в него лицом.

Со стороны все это выглядело совершенно спокойно, почти естественно. Будто Овсянникова решила удивить мужа балетным па или гимнастическим переворотом, но сделала его неловко и упала. А Овсянников, увидев это, расхохотался так сильно, что аж прилег лицом и плечами на стол.

Ничего себе, весело…

Ирма, протолкавшись вперед, повернулась и крикнула:

– Иди сюда!

Но Воронов не только не пошел никуда, но и ей крикнул громко, будто их разделяли десятки метров:

– Не надо там топтаться, милиция потом заругается!

– Не милиция, а полиция, – поправил с чувством превосходства стоящий рядом мужичок лет пятидесяти.

– Ирма, идем, там бабушка одна. Мало ли что, – громко сказал Воронов, глядя прямо в глаза мужику.

И тот, кажется, смутился.

Домой возвращались не спеша, молча.

Уже поворачивая с главной деревенской улицы к дому, Воронов увидел выезжающий мотоцикл с коляской, которым управлял человек в форме.

– Участковый, что ли? – спросил он у Ирмы.

Та кивнула головой.

– Пошли домой скорее.

Нателла все также сидела у стола, положив на него руки.

Увидев входящих Ирму и Воронова, не шевельнулась, и только когда они подошли к столу, негромко спросила:

– Что там?

Ирма молчала, и Воронов сказал коротко:

– Трупы там, Нателла, трупы. Два трупа.

Глава 6

Воронов слегка подтолкнул Ирму к скамейке, на которой сидела бабка:

– Садись. Поговорить надо.