Чертово городище

Увидев, как Ирма смотрит на кожаное кресло, стоящее в углу кабинета, предложил:

– Садитесь-садитесь! Выбор ваш! Кстати, я и сам люблю в нем сидеть, потому что поставлено в правильное место, – поощрил он Ирму.

И, пока она шла к креслу, продолжил:

– Вот я все ваше имя вспоминаю. Нет! Вы не напоминайте, я свою память проверяю. Имя у вас не так, чтобы обычное, но и не совсем экзотическое. В те времена, когда вы были крохой, многие родители для своих дочерей – особенно дочерей! – имена выбирали такие, знаете ли, с иностранным оттенком.

Например, скажем, Эльвира или Изольда. Девочки потом, известное дело, мучились, другие имена себе для повседневности выдумывали, но это уже…

Он, будто в бессилии, махнул рукой и сразу же выкинул ее вперед:

– Ирма? Ирма!

Ирма кивнула.

– Ну, значит, еще не вполне склеротик, – кивнул хозяин дома. – А вы, простите, молодой человек?

– Воронов. Алексей Леонидович Воронов. Друг Ирмы, – приподнялся Воронов.

– Судя по ароматам, идущим от вас, вы оба курите, так что позволю себе предложить вам…

Скорняков взял со стола деревянную шкатулку, наполненную сигаретами, поднес гостям.

Пояснил:

– Сам набиваю из разных табаков. Люблю, знаете ли, натуральный табак, а не нынешнюю химию. Пробуйте.

После чего и сам сел, закурил:

– Ну, полагаю, церемонии завершены – к делу! Хотелось бы узнать, зачем я вам понадобился? Да и вообще обо всем, что там произошло.

Успокоившаяся в тиши кабинета Ирма не спеша, довольно подробно рассказала обо всем, что случилось, а Скорняков слушал, кивал и время от времени уточнял некоторые обстоятельства произошедшего, а по окончании рассказа развел руками:

– Все равно не могу понять, как пролегла линия ко мне?

Он смотрел на Ирму, но ответил Воронов:

– Вы должны понять и простить Ирму.

Она, конечно, восприняла все, что случилось, близко к сердцу, до сих пор не может прийти в себя. Я это знаю точно, потому что мы всю ночь добирались сюда, и поведение Ирмы… Сами понимаете…

Скорняков кивнул и хотел что-то сказать, но Воронов продолжал:

– Конечно, она кое-что упустила, поэтому мне как человеку постороннему будет проще.

Дело в том, что за несколько минут до смерти, точнее, до убийства Ивана Герасимовича, мы его видели. Он спешил – как оказалось, навстречу своей смерти, – но подошел к нам и предупредил об опасности. Могу сказать, что в тот момент он это опасностью не считал.

– Почему вы так думаете? – живо перебил Скорняков.