Живучий

Амуниция однотипная. Есть три мага, несколько артефактов, как и сказал бугай.

Наверное, и золото есть. Но особо оно мне не интересно. Никогда не страдал особым желанием захапать чужое. Но и своё никому готов отдать не был. Поэтому мы часто не сходились во мнении с некоторыми не слишком чистыми на руку личностями.

Правда, в последние два месяца моей жизни на Земле мне пришлось отойти от своих принципов. Иначе было нельзя. Но это было потом. А до этого я старался жить так, как велела мне моя совесть.

Детский дом

Восемь лет назад

– Слышь, мелкота, – обратился к худенькому невысокому пареньку Витька Жердяй, местный заправила и гроза всех малолеток, – ты чего-то совсем борзый стал, говорят, делиться не хочешь?

Пацанёнок даже ухом не повёл, как сидел и ел, так и продолжил.

– Слышь, я с тобой говорю, – сказал, багровея от злости, переросток, которого уже года три как должны были выпнуть из детского дома, но непонятно почему он всё ещё был здесь.

И, расталкивая остальных, не обращая внимания на то, что разбрасывает их еду, направился к тому самому пареньку.

За ним двинулись его подпевалы из старших групп.

Все испуганно посмотрели на одиночку.

Хороший, в общем-то, парнишка. Тихий. Никого не трогает. Вечно сидит или за уроками в классе, или во дворе помогает сторожу. Тот его за это и подкармливает.

А тут прошёл слух, что парнишка где-то заработал денег, не украл, а именно заработал, и об этом прознал Жердяй. Уж он-то работать не любил, а потрясти мелкоту было для него любимым занятием.

Особенно таких одиночек. Их потом и на счётчик можно поставить, и поизгаляться. Жердяй обожал чувствовать свою силу и безнаказанность, любил на таких вот безответных удары отрабатывать, показывая, какой он крутой боец.

И это знали все.

О девочках и говорить нечего. Им было ещё хуже.

Именно поэтому всегда и должен быть кто-то, кто сможет прикрыть тебя.

Так вот у этого мелкого белобрысого парня никого не было. Никогда не было.

И вот наступила расплата за это.

Но как это ни странно, того, похоже, это совершенно не волновало, он всё так же спокойно сидел и ел, не обращая ни на кого внимания.

Витьке осталось до него всего несколько шагов, когда парнишка приступил ко второму. Это взбесило местную грозу ещё больше. Он рванул вперёд. Шаг. Второй. Третий. И навис над столом. Наклонился.

А потом вдруг начал истошно орать.

Все испуганно посмотрели в его сторону. Никто ничего не может понять.