Смотритель

 – Нам бы обогреться с дороги.

Ну, сам знаю, что морозяка, мне не жалко – грейтесь, а то еще отморозят чего-нибудь. Хотел переместить им в холл пару кресел и столик с горячим чаем, но в последний момент решил на реакцию гостя воочию глянуть. Люблю такие моменты! Мягко спрыгнул со своего лежбища и скользнул смазанной тенью в коридор, а потом и занял позицию на лестнице. Меня им не видно, а вот сами гости как на ладони. Да еще и зрение себе увеличил, чтобы рассмотреть лицо служивого. Семен-то стоит и в руках шапку мнет, ответа ждет.

Откроется дверь – не в духе я и доходчиво указываю, что ему делать. Промолчу, и никакого знака не подам – можно в холле походить, но недолго, а если стул или кресло предоставлю – хоть до утра отдыхать позволил.

Хряп! Стол с чайником и два кресла перед моими гостями из воздуха возникли. Семен-то облегченно и довольно выдохнул, поклонился в пояс, а вот молоденький… Мне его жалко стало, как бы сердце не сбойнуло. Глаза-то выкатились из глазниц, челюсть «упала», а сам он изваянием застыл.

– Поклонись! Поклонись, болван! – шепчет ему Семен. – Не гневи Смотрителя!

С вытаращенными глазами и так и не закрыв рот, Иван нескладно сделал поклон и словно в трансе шагнул к креслу. Эх, решил я его «добить»! Два мешка и ящик, в котором уложено пара бутылок коньяка (настоящего), медленно взмыли вверх и полетели в сторону моей кухонной кладовой. Вернее, это мне известно, куда они поплыли, а вот для Ивана это очередной удар! Ха, думал уже глаза так он выкатить не сумеет, ошибался, признаю!

– Э-э-э, это… это что? – смог выдавить из себя попутчик Семена.

– Смотритель вещи забрал, которые ему привезли, – пожал плечами староста, видавший и не такое.

Эх, ладно, больше тут ничего интересного не увижу. Вильнул хвостом и отправился на облюбованный диван – скучать. Однако, магическую защиту поставить не забыл, нечего моим «гостям» по дому шариться. Завалился на плед и прикрыл глаза, пытаясь просканировать свой край на предмет каких-то неприятностей.

Вроде бы все тихо и спокойно, звери панику не поднимают. Если не считать тех, кто на охоте и тех, на кого охотятся. Ближайший леший – охальник и вовсе спит с лесной девой, после возлияния настойки на коре дуба. Нет, все тихо и мирно. Но только тоскливо, аж выть хочется! Может перекинуться в волка и на луну поорать? Увы, но до полнолуния далеко, да и лапы морозить никакого желания нет.