За всё придётся платить. Книга вторая. Дева-воительница

Другой жизни она просто не знала, и их пища, и их заботы были пищей и заботами маленькой Сафф.

Она знала, как собрать палатку, как развести костёр, как поставить силки на мелкого зверя или птицу. С пяти лет пробовала бить из лука рыбу.

Собственно, с лука всё и началось. Как-то Саффи, ей к тому времени едва исполнилось пять, самостоятельно согнув ветку орешника и привязав к ней украденную у кого-то из воинов, тетиву, забавлялась, стреляя по стволу дерева. Она так увлеклась этим занятием, что не заметила, как сзади осторожно, стараясь не спугнуть, подошёл отец.

Девочка увидела его лишь когда пошла собирать закончившиеся палочки-стрелы. Смутилась, и покраснев, попробовала спрятать импровизированное оружие за спину. Он молча покачал головой и ушёл, не проронив и слова.

А через две недели преподнёс ей подарок. Он прекрасно разбирался во всём, что касалось воинского дела. Мог выковать меч не хуже, а может, и лучше заправского кузнеца. Мог сделать доспех при необходимости из любых подходящих материалов.

А уж о такой мелочи, как конская сбруя и говорить не приходилось.

Его он тоже сделал сам. И наконечники для стрел выковал. И тул склеил, не доверяя никому этой работы. Простой, без изысков, но надёжный и крепкий, в пору маленькой девочке.

С тех пор Саффи не расставалась с ним никогда. Даже спала, положив его рядом. Отец сам учил её стрелять, лишь изредка доверяя следить за ней опытному воину. И надо же такому случиться, что в ту роковую ночь, она оставила его в палатке отца, подправить после обрыва тетивы.

Тётка Дагарла, сестра покойной матери, приставленная отцом к дочери, учила её манерам и всячески старалась пресечь интерес племянницы к воинской науке. Будучи дочерью лорда, она помнила другие, более благополучные времена, когда жила в большом и богатом доме, полным прислуги и никак не могла смириться с тем, что её отец, лорд Ваккас, как и Хариг не принял власть Империи и стал ближайшим сподвижником и тестем главного мятежника.

Оставаясь в душе леди, Дагарла приходила в ужас, от мысли, что придётся идти на унижения, выпрашивая еду, но урчащий от чащобного хлеба живот, вынуждал смирить гордыню.

Вышедший на стук жирный мужчина, вначале плотоядно и оценивающе осмотрел фигуру Дагарлы, не обращая внимания её на грязное платье, облизнулся, ухмыляясь своим похотливым мыслям, но тут же переменился, заслышав за спиной приближающиеся шаги.