За всё придётся платить. Книга третья. Игры магов

Рад, что не ошибся в тебе, назвав умным. Вопрос правильный. Но ты заблуждаешься, и это урок второй – не торопись с выводами. Мул идёт не налегке. Он везёт груз непомерный по своей тяжести, который мы вдвоём не пронесли бы и четверти пути. Как ты уже правильно заметил – он создан для этого самой природой. По этой же причине мы и едем так медленно – крепость цепи определяется по самому слабому звену. И это урок третий. Пожалуй, на сегодня хватит. Остановимся на привал. И не думай сбежать ночью – вернусь и убью твоих родителей.

Страшные, леденящие кровь слова, предназначенные предупредить от совершения деяния, о котором исподволь задумывался юноша, прозвучали так непринуждённо и обыденно, что не вызвали и толики сомнений, что сказанное будет исполнено.

– Да, господин. – поклонился юноша. – Я понял.

– Зови меня Учитель. Так будет правильно.

– Да, Учитель. Я запомню.

– Молодец. А теперь, будь добр, собери хворост для костра. Вот, – он отстегнул от седла небольшой топорик и протянул его юноше, – тебе пригодиться.

Орёл, сидевший у старика на плече внимательно и оценивающе поглядел на молодого человека, и сочтя его неопасным, издал на всякий случай клёкающий звук, в качестве предупреждения. Юноша отпрянул.

– Не бойся. – прокомментировал поведение своего питомца старик. – Пока ты не замыслил против меня подлость, он тебя не тронет.

– Я и не…

– Вот и не думай. – спокойно, словно речь шла о пустяке, заметил старик. Просто наруби дров для костра.

Привыкшему к тяжёлой работе в поле и коровнике юноше не стоило труда по-быстрому натаскать веток, и порубив их, сложить из них шалашик.

– Учитель, у тебя есть кресало?

Старик оторвался от распаковывания принадлежностей, необходимых для ночёвки, таких как плед, коврик-подстилка, из сбитого, тонкого войлока и съестных припасов, в виде хлеба и мяса, нарезанного заранее. Это, впрочем, ему всучили родители ученика, в надежде, что их ребёнок в дороге будет сыт.

– Незачем. – потягиваясь и разминая с хрустом кости, заметил спутник. – Смотри. – и протянул руки к сложенным веткам.

Его ладони несколько раз обернулись, и сухой валежник вспыхнул, как от факела, словно облитый земляным маслом.

– Учитель. – благоговейно, широко раскрыв глаза и отказываясь им верить, прошептал юноша. – Как это…

Старик, краем глаза, отметил про себя восторженный взгляд того, кто должен был стать его учеником, но сделал вид, что не заметил.