Ампутация души

– Бухаете? – сходу спросил мент Юльку.

– А ты почем знаешь?

– Работа такая. Ну чего, наливай, что ли.

Хряпнув грамм сто и слегка поморщившись, мент пригляделся к Деснину, который как на грех выходил в тот момент из подсобки покурить.

– Опа! На ловца и зверь бежит.

Деваться Деснину было некуда, и он приготовился к самому худшему.

– Ты чего натворил? – уставилась на него Юлька.

– Да ничего, – буркнул Деснин в ответ. – Мужика из петли вынуть хотел.

– Ага, а потом скрылся.

Ты его знал? – тут же начал допрос капитан.

– Да откуда. Я неместный вообще.

– А я вот и вижу. Документы при себе есть какие?

Деснин молча протянул справку.

– У-у, сто пятая. Ясненько.

– Андреич! – выскочила из-за прилавка Юлька и ухватила мента за рукав. – Ты чего удумал? Он же ничего не сделал.

– Не сделал, так сделает, – одернул руку мент. – У меня на это нюх.

– Да завязал он. Это… это жених мой.

– Ха! – усмехнулся капитан.

 – По переписке что ли? Ну прям «Калина красная». Да только то кино, а я в кино не верю. Не боишься с уголовником-то? Он у тебя еще и хату с магазином выставит. К нам побежишь, да поздно будет. А с тобой, – обратился он к Деснину, – мы еще разберемся. Одно нарушение уже есть – не отметился.

– Да я как раз шел, – соврал Деснин.

– Вижу я, как шел. Еще одно нарушение, и как УДО получил, так и обломишься, знаем мы вас. Это, Юль, у меня там в машине еще трое пацанов.

Дежурство долгое…

Юлька без лишних слов выставила водку на прилавок.

– Ну и на закусь чего-нибудь заверни, – потребовал мент и ушел не расплатившись.

– Это что, крыша? – спросил Деснин.

– Да так, – махнула рукой Юлька. – У хозяина еще на рынке точка – менты докопаться могут до всякой ерунды. В общем, дороже выйдет, так что в водке велено не отказывать. Но они не особо наглеют: только по выходным заходят.

– Понятно.

Ментовской беспредел. Если этот урод на меня зуб имеет… Вот влип, а, – расстроился Деснин. – Только откинулся – опять нары светят. Они ж с этим мужиком на памятнике дело просто так не замнут, меня дернут еще. Не хочу я туда больше. Знаешь, Юль, лучше я отъеду ненадолго, от греха подальше. Да и надо мне…

– Куда?! В Москву? Опять к этим своим корешам, уркам недобитым?

– Да нет. Сказал же – завязал я. Значит: завязал. И смирился.