Ампутация души

А ведь раньше при каждой деревне держали большую ферму – без работы никто не сидел. Построили клуб, школу, медпункт, магазины… Чего теперь поминать-то… Тут у нас, помню, случай был. Даже в газете писали. Когда вырезали всех коров – просто кормить было нечем – на все хозяйство остался только один очень дорогой бык-производитель. Его забивать не решились. Однако вскоре у бедного быка от бездеятельности, недокорма и обезвоживания ссохлось все «хозяйство». Только тогда, видя, что животина и так на грани издыхания, закололи и его.

Так было покончено с животноводством, едрень фень… Ну вот и пришли.

Путники остановились у груды металлолома из ржавых кабин комбайнов, сеялок, теребилок и прочих агрегатов, сваленной перед полуразрушенным ангаром.

– Идем, – вступил Скипидарыч на бетонный пол ангара. – Видишь след от протекторов?

– Где? – Деснин, вошедший за Скипидарычем в ангар, не мог ничего рассмотреть.

– Ну вот же, раньше он четче был. Откуда он идет? От того костра на краю ангара.

Там обычно пацаны изоляцию с кабеля жгут.

– Зачем? – снова не понял Деснин.

– Так принимают только чистый алюминий. Все вилки, ложки да кастрюли уже посдавали – теперь вот провода режут. Подожгут – и капают изоляцией в одно место. Целую лужу уже накапали – она даже застывать не успевает. Если он в нее въехал, значит не знал. Да и потом, местные-то сюда и на танке не поедут. Знают, что сами все торцы уже на кирпич разобрали – непонятно как крыша держится.

– Да погоди ты.

Кто «он»?

– Как кто? Киллер, едрень фень. Не ехать же ему на машине прямо в деревню – вот он ее здесь и оставил. Вот прям здесь, – Скипидарыч присел на корточки у едва различимых следов. – Глянь, чьи протекторы?

– Иномарка вроде, – приглядевшись сказал Деснин.

– Во, а у нас во всей деревне одна только – у Пафнутия. Да еще у корешей евонных, тех, что к церкви подъезжали. Но я сравнивал – не подходят. Когда Пафнутий на этой тачке в первый раз прикатил, у нас вся деревня высыпала поглазеть – только по ящику такие и видели.

Разве что по частям не разобрали, в общем, знают его тачку как свою. А значит здесь стояла чужая тачка.

– Железно, – усмехнулся Деснин. – И это все, что ты хотел показать?

– Не, не все, – Скипидарыч торжественно извлек из кармана некий предмет, в котором разве что по колесику можно было признать бензиновую зажигалку. – На пепелище нашел.

– И что?

– А то, что Никодим сроду не курил.