Друг

На голом торсе виднеется след от электрического удара дубинкой, над бровью красуется свежий, уже зашитый рубец. Бока и плечи синие от многочисленных гематом, лицо опухшее, с красными пятнами разбитых капилляров в глазах.

– М-да… Крепко же тебя… – протянул я.

– Ты себя еще не видел, – усмехнулся тот.

– Долго еще здесь торчать?

– Врач сказал, пару-тройку деньков проваляться придется, потом нас заберут к остальным.

Следующие два дня мы лежали и лечились, нас пичкали таблетками, каплями, уколами и прочими атрибутами больничного арсенала.

Поправлялся я быстро – на следующий день после операции мне разрешили вставать, выходить в коридор и туалет, общаться с другими пациентами. В соседней с нами палате лежали двое пограничников, попавших под жидкий огонь на китайской границе во время прорыва контрабандистов. Ничего, кстати, нормальные ребята, разумные и рассудительные парни. От них мы узнали, что всех до единого контрактников у них мобилизовали для отправки в космос, оставив на границе только молодых пятнадцатилетних пацанов – бывших школьников.

На третий день в палату вошел главврач, тщательно осмотрел нас с Семеном и приказал собираться. Вместе с нами на первом этаже госпиталя сгоняли и остальных, кто-то был в гражданском, кто-то в застегнутых армейских гимнастерках – на улице была сентябрьская прохлада. Вскоре через десять минут ожидания подъехали несколько полувоенных автомашин, из них вылезли темно-зеленые бойцы ОМС для сопровождения, образовав у выхода из здания живой коридор.

Растолкав по кузовам всю толпу, нас повезли в мобилизационный центр. Видно дороги, конечно, не было, слишком уж тесно было внутри, но догадаться, куда везут, было нетрудно. Управление ОМС находится в здании бывшего УМВД России по Приморскому краю, и ехать там – всего-то один квартал проехать да повернуть на перекрестке. Дольше собирались. Вновь образовав коридор из бойцов ОМС наизготовку с укороченными АНУ-89, нас препроводили внутрь здания, в холл прямо к регистратуре, где сидела в ожидании дородная баба в форме с каменным лицом истукана.

Не меняя выражения на физиономии, она еще раз заставила пройти внимательный осмотр через полное раздевание, ДНК-сканером зафиксировала каждого в базе и раскидала всех арестантов по камерам. Наиболее опасных и неадекватных сразу отправила под усиленным конвоем в «одиночки», остальных же, и меня с Семеном в их числе, в камеры общего содержания.