Друг

Стоило мне выйти из поезда, как волосы сразу встали дыбом, а одежда намертво прилипла к телу, и я живо представил, как могучее магнитное поле пронизывает меня насквозь в сухом наэлектризованном воздухе. Внутри-то магнитный поток экранируется, а вот снаружи… Современная электродорожная дорога маглева представляет собой платформу с секциями высокотемпературных сверхпроводников вдоль путей. На поворотах платформа расширяется, закругления с системой магнитных каналов не дают опрокинуться составу, способному разогнаться на прямых участках до тысячи километров в час.

При движении поезд находится на магнитной подушке, при этом по путям бежит несколько сотен ампер тока. Конечно, стержни сверхпроводников при долгом рейсе перегреваются, на каждой станции в целях профилактики проверяют хладагент на днище вагонов. Иначе – крупная авария, когда сверхпроводящие свойства пропадают, и состав «сходит с путей» на огромной скорости. Да и при торможении поезда перегретый воздух рвется наружу, способный запросто стать причиной серьезной аварии.

Вот и сейчас, вылезая из поезда, я увидел группу людей в синих комбинезонах, стоящих около соседнего вагона, из-под днища которого выглядывало огромное черное пятно. Не иначе как кипящим воздухом расплавило защитное покрытие, отделяющее пассажирские помещения.

– Давай вперед, че вылупился! – гаркнул сержант Пестряков-Медляков и вроде как несильно толкнул в плечо, хотя я чуть не полетел кубарем на пыльный асфальт.

Осмотреть достопримечательности городка нам, разумеется, не дали, сразу приказав садиться в приготовленные крытые машины.

Набившись, как сельди в бочонок, мы тронулись в путь по древней разбитой дороге с торчащими кусками старого асфальта и редкими обломками арматуры от разрушенного отбойника, уже наполовину сросшимися с сухой землей. Примерно после часа ужасной тряски мы приехали на место: несколько приземистых серых зданий, обнесенных высокой стеной с колючей проволокой под напряжением. На углу у стены я заметил трансформаторную будку, от которой шло питание еще и в жилые помещения.

«Интересно, что бы она подумала, узнав, куда я попал?»

Я проводил взглядом первую группу заключенных, сопровождаемых конвоем из шести автоматчиков. На душе потеплело, когда я вспомнил тот день с ней, девятого марта, последний день, когда мы были вместе…

– Пошли, пошли!!!

Торопливо стали вылезать заключенные, то и дело в страшной тесноте наступая друг на друга и ежесекундно матерясь. Вскоре вылез и я.