Ромштекс с кровью

Вернее, даже не мне, а моей подруге…

– А я все жду, когда же ты сподобишься! Сколько тебе говорить, что ты имеешь право быть со мной бесцеремонной. Просить, нет, требовать все что пожелаешь. Если это будет в моих силах, я все для тебя сделаю!

– Не знаю, но перед тобой я как-то робею до сих пор. Ты мне кажешься каким-то огромным и старым. Условный рефлекс какой-то.

– У нас разница всего год с небольшим, а с учетом того, что женщины умнеют быстрее, то ты должна чувствовать свое преимущество.

– Тем не менее, ты был прав во всем, что мне советовал.

Я не знаю, как бы я выкарабкалась без тебя. У меня выработался некий синдром ребенка…

– Ладно, хватит расшаркиваться, что случилось?

– Ты знаешь, что я пишу очерки о России в русский журнал «Новый Век». Месяца три назад ими заинтересовался англоязычный журнал, специализирующийся на горячих точках, этнических конфликтах и прочих ужастиках, и мне заказали цикл статей о сегодняшней России. Я подружилась с хозяйкой этого издания и ее бойфрендом, который работает репортером и делает обалденные репортажи буквально с передовой из всех конфликтных регионов.

Месяц назад он уехал к ваххабитам в Дагестан – он этнический дагестанец, и вот недавно пропал. Уже неделю от него нет вестей.

– Понял. А твоя подруга уверена, что он не перестал общаться с ней по личным мотивам?

– Нет, это абсолютно исключено. У них ведь кроме всего прочего контракт на серию репортажей. Он потеряет огромные деньги, если не сдаст материал в срок.

Очередной номер уже верстается, а от него никаких вестей. Ты же знаешь, что американцы повернуты на деньгах, рейтингах и репутации. Репортер такого класса не может пожертвовать работой ради личных разборок.

– Пожалуй, ты права. Но ты, надеюсь, прочла ей вводную лекцию по Кавказу?

– Еще бы! Я же по матери Арсанова, родилась и выросла под Владикавказом. Мы уехали, когда начались стычки в Пригородном районе.

– Понятно. Значит, вопросом владеешь. Ну и что твоя подруга? Неужели она не понимает, что дело почти безнадежное? Разве только выкуп потребуют.

Но если он совал нос, куда не следует, то и косточек его не найдем.

– Я все это понимаю, но она готова заплатить сколько угодно. Она очень богата, и влюблена в него как кошка. Она все равно найдет кого-нибудь, но ты же знаешь, что, скорее всего это будут какие-то проходимцы. А тебя я знаю. Ты надежный человек.

– Спасибо на добром слове. Хорошо, я возьмусь за это дело.