Озеро мёртвых слухов

Но вкрадчивый шёпот ораторствующего медиатора был твёрд.

– Слухачи услухивают добротно, это надо признать, – говорил в мониторе патлатый худой старик. – План по затоплению слухов мы выполняем. А стараниями щупачей, нюхачей и шептал, к моменту утопления все эти слухи уже мертвы, как им и положено быть. Моё особое мнение по работе канифольщиков всем присутствующим чуварищам хорошо известно, но сейчас я не об этом. Сейчас я, милые мои, об очередном феномене волнения нашего Озера. Вижу и понимаю, что решили вы действовать по устоявшейся схеме.

Но спрашиваю вас: доколе? Не пора ли, наконец, хотя бы попытаться понять мир, в котором мы живём? Хотя бы понять, а чтобы изменить, я вас даже и не призываю.

Не успел худой договорить, как с корточек вскочил дедок, видом столь древний, что казалось, весь мохом зарос. А может лишаём.

– Любезный Джоник снова нас призывает лишиться стабильности, – защебетал он фальцетом. – Экспериментов ему хочется. Голод духа у него. Познание ему подавай. И ведь блок снял почти полностью, дескать, поглядите какой я весь перед вами откровенный!

– Пашенька, да я ведь просто хочу сейчас хоть какие-нибудь правила выработать, – заоправдывался Джоник.

 – Чтоб хоть как-то народу объяснить.

– Критерий отбора утопленника ему подавай! – возмутился Пашенька, но вежливо.

Остальные медиаторы крутили головами, кряхтели, наматывали бороды на кулак, но пока отмалчивались. Тут в хижину вошла ядрёная деваха, неся на подносе ломтями нарезанный хлеб, и деды дружно зашамкали: «Сиська, Манюня, сисечки!».

– Чего это они? – поинтересовался Мишка.

– У них сильный гендерный дисбаланс, не хватает женщин. Восхищаются, – пояснил Фрол.

– А кто такие женщины?

Фрол глянул зло, такие шутки он не одобрял. Да, химическая кастрация была таким же непреложным правилом дежурства, как и чистка памяти. В хижине тем временем деды разобрали хлеб и принялись чавкать. Мишка почувствовал сильный голод и сделал звук потише.

– Да. Я бы тоже чего-нибудь сейчас пожевал, – сказал он.

Фрол смутился:

– Слушай, извини! Сегодня только консервы, я сегодня миноги не собирал, я сегодня так прогулялся. На поверхность поднялся, поплавал…

– Какие миноги? – спросил Мишка.

– Ты удалил память об озёрных миногах? – поразился Фрол. – Ну. Это ты сильно, от души. Этого я от тебя точно не ожидал.

Мишка лишь пожал плечами. Он попытался припомнить вкус озёрных миног.

– О, слушай, про нас говорят, – сказал Фрол, снова увеличивая громкость.