Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Роман. Том 3

И что вы еще против нас замышляете… Сечешь?

– Я почти ничего не знать! Моя роль маленький. Я есть посыльный штаба. Только доставлять пакет. Встречать начальство. Печатать приказы… для населения! Следить порядок в поселке, оповещать людей…

Тяжелый профессионально боксерский удар в лицо опрокидывает пленного лейтенанта на камни. Пока тот медленно поднимается, Никифоров довольно потирает костяшки пальцев. И словно о чем-то задумывается…

– Хорошо летает! Ему бы в авиацию, а он в каратели подался… Вот незадача! Но каков красавец! Белокурая бестия! Загляденье… – гневно улыбается командир НКВД, – Аж портить такое создание природы не хочется… А ведь придется! Потому как суть его черная, чернее нашего подземного мрака!

– Зачем так? – сплевывает кровь эсесовец, – Есть нормальный допрос.

Должно быть гуманно. Бить связанный. Это смело? Что вы творить?

– Это он нам о чести толкует! – качает головой Никифоров, – Когда они пленных на куски рвут… Я видел солдат одной грузинской части, здесь, на нашем фронте, которые попали в лапы вот к таким смазливым юношам Германии… У них были отрезаны гениталии и выколоты глаза! Вырезана звезды на груди и спине, вырван язык… Возвышенная арийская живопись!

– Это они умеют! – кивает Бармет, – Жизнь уродовать, и преимущественно невинную… Их если не остановить они весь мир в настоящий кошмар превратят, что черти в аду ужаснутся!

– Остановим! Это и есть наша судьбоносная миссия.

Эту холеру на земле изничтожить. Что ему, спутанные руки не нравятся? Действительно, какое унизительное и жестокое обращение с таким герром из Великой Германии! Как возмутительно и непростительно, – возбужденно зло смеется Никифоров, – Развяжите его… Идиот! Еще хуже будет, если дернется!

– Может, приступим уже к делу? – строго вступает Парахин, недовольно переминаясь, – А не будем здесь спектакли устраивать? И разбираться, кто сильнее и лучше? Нам сведения нужны… А не демонстрация силы! С этим и так все ясно, без слов…

– Как угодно, товарищ комиссар! – отмахивается Никифоров, – Отдаю тебе этого змееныша, спрашивай у него о чем хочешь, хоть о жителях Марса, только он тебе ничего не скажет… Как не старайся!

– Это почему? – изумляется Парахин, – Что со мной не так?

– Психология.