Аджимушкай. Красные звезды в каменном небе. Роман. Том 3

Кто-то проскальзывает мимо, явно пытаясь скрыться. Парахин прикидывая маршрут, и зная эту систему, перехватывает крадующегося, у следующей развилки. Фигура, действительно вполне плотная и внушительная, выныривает из черноты мрака, и замирает в шагах шести-десяти, заметив комиссара.

Парахин поднимает факел. Перед ним стоит что-то странное. Трудно понять человек это или очень хорошо проявленное привидение. На нем не то истрепанном рубище, не то какая-то почти полностью истлевшая одежда. Голова скрыта причудливым зловещим копюшоном из грубой мешковины.

В черных глазницах остро поблескивают светлые звездочки, как острие кинжала. В прорези рта что-то недовольно и настораживающе колышется… Тяжелое дыхание кажется касается долетает и обжигающе касается кожи.

Мысли пролетают в уме комиссара с скоростью молнии: «Кто это? Гражданский? Кто-то из наших? Разведчики Бармета опять что-то учудили, придумали? Новый камуфляж? И возвращаются с задания? Противник проник? Обычно подобным образом закрывают лица диверсанты, вуалью веревок, но здесь что-то другое! От няго тянет Зыбью… Чем-то явно не человеческим, чуждым.

Похожим на мрак вокруг! Что это может быть? Он реален или все это чудится?»

Незнакомого темного пришельца окутывает непонятная дымка, он будто пытается укрыться в ней, потом пристально смотрит на Парахина, качает головой, словно осматривается, делает шаг вперед… В ответ щелкает затвор автомата.

Это не останавливает существо замотанное в рваную мешковину, и оно медленно и уверенно приближается.

– Стоять! Ты кто? Шпион? Или из местных? – выкрикивает комиссар, втыкая факел в расщелину, – Пароль? Еще шаг и я стреляю!

В ответ странный путник бормочет что-то невнятное, напоминающее гортанную сбивчивую речь. Он движется, словно в зачаровывающем танце, подбираясь все ближе. Не отрывая гипнотического взгляда рваных сверкающих глазниц. Он явно хочет что-то донести, сказать или нанести незаметный роковой удар. Он поднимает руку…

…Автоматная очередь взрывает темноту, и гулкое эхо раскатывается по галереям… Вспышки выстрелов ослепляют на какое-то время.

Парахин моргая, напряженно вглядывается во мрак. Там зияет черный провал. Комиссар подходит ближе, но ожидаемого прострелянного тела нет! Из проема веет холодным сквозняком, стены привычно нависают, недоуменно рассматривая беспокойных людей, все лежит нетронутым, никакого постороннего вмешательства, даже никаких следов на просыпавшейся тырсе… Пусто.