Кара Булганака. Роман

Пока не выясним что…

В палатку врывается сержант в грязной оборванной форме.

– Вы кто? – строго спрашивает Гусейнов, – Что случилось?

– Нет времени на разговоры, – сухо бросает сержант, – товарищи врачи! Если не хотите к фрицам в плен, мотайте отсюда как можно быстрее…

– Почему мы должны тебе верить? – сомневается Расщупкина, – Может ты провокатор?

– Я прямо из окопов, вернее из степи… Там сущий ад! Немцы наступают, перемалывая все, что есть, со скоростью летящего снаряда! У вас всего часа три и они будут здесь…

– Кто-то вообще сдерживает их натиск? – негодует Гусейнов, – Почему нельзя фашистов остановить?

– А ты сам иди, попробуй! Там такое творится – не рассказать! Танки по всему горизонту, пехоты как саранчи… В небе «Юнкерсы» воют тучами, все небо в черных крестах! А у нас вся артиллерия разбита, самолетов – один, два пролетит и все! Говорят, все аэродромы разбомблены, горят! Связи между частями нет… Полный Апокалипсис! Степь голая… даже кустов нет, не говоря об окопах! Это уже не бой, массовый тотальный расстрел! Фашист как стервятник наши армии треплет и рвет на части! Конец всему…

– Значит, те солдаты были правы, когда говорили, что фронта больше нет, – печально заключает Муртазаева, – Все бегут, очертя голову… Что ж это творится на белом свете! Все рухнуло в считанные дни…

– А если помощь подойдет? – предполагает Миша, – Мы же не в изоляции еще?

– Товарищи дорогие! – почти с мольбой в голосе обращается сержант, – Уходите отсюда… Пропадете почем зря! Давайте вслед за нами и быстро!

Я не пугаю, я вам сообщаю реальную обстановку!

– А вы то, куда? – интересуется Расщупкина, – Дальше нас – море!

– В Керчь, к переправе! – сообщает сержант, – Там либо эвакуация, либо нормальная организованная оборона.