Альвенон. Марко: Серый Страж

Выходило не очень, либо это инсульт и кома, либо это кирпичом по голове и кома, либо это действительно другой мир. Я решил остановиться на последнем варианте, как самом оптимистичном. Последний час я уже просто матерился.

Увидев этот небольшой хутор, остановился. Попал я сюда ранним утром, около шести часов. Так что сейчас было около восьми вечера. Как в любой сельской местности, отсутствие прожекторов, неоновых вывесок, машин, да и в целом, электричества, делало окружающий пейзаж темным до невозможности, никто уже не работал, а по слухам из моего мира и вовсе должны были отходить ко сну.

Я и сам собирался останавливаться на ночлег, но приметил огни среди деревьев и немного скорректировал планы.

Остановившись, я встал за большим деревом и закурил, держа сигарету по-военному, чтобы не выдать себя огнем. Наблюдал. Поселок, деревня, хутор, даже не знаю, домов, пожалуй, на 20, в темноте не разглядишь. Центральная улица выходила на небольшую площадь, упираясь в крупный дом.

Дома – качественные деревянные срубы, но ни одного выше первого этажа. Соломенные крыши, деревянные ставни, аромат затухающих печей. Свет горел всего в нескольких домах, в самом большом из них, куда упиралась центральная улица, за эти пять минут даже успела промелькнуть тень, по всей видимости, дородной такой женщины. Его я и выбрал своей целью.

Интерлюдия. Староста Анур.

Вот уже два часа, как стемнело, но Ануру не спалось.

У деревни были проблемы с выплатами барону, и староста рьяно искал выход из сложившейся ситуации.

Жена хлопотала вокруг него с едой или, скорее, закуской. Староста пил. Помимо проблем с деньгами, возникла еще одна – отправив пару ребят, снабдив их лошадью и бричкой, местный администратор поручил им рассказать о состоянии дел кому-то из баронских и получить указания. Они не вернулись.

Теперь староста Анур составлял прошения о поиске пропавших ребят, прошение об отсрочке платежей, прошение выделить мага земли в счет будущих выплат, хотя бы на один день, прошение, прошение, прошение… Великий Усир, дай только знак… В дверь постучали.

На пороге стоял юноша. Ему было не больше двадцати-двадцати двух лет. Явно аристократическое лицо ярко контрастировало с ровным загаром жителя южных земель империи, густой бородой и простецкой сельской одеждой.