Война Кланов. Медведь 2

– Я уже не могу иначе, я вкусил человечину, – отвечает Геннадий.

–Да ты… – задыхается Владимир, а тетя Маша хмурится и тянется к подмышке, где оставались последние иглы.

– Я знаю. Не смог удержаться, теперь я не вернусь к Сидорычу.

– Это они тебя заставили? – Владимир кивает на лежащих перевертней.

– Нет, я сам попросил, чтобы не было возврата, а ты можешь ещё спастись! Иди к ним, иди, торопись!

– Где Людмила с Ульяной? – спрашивает тетя Маша.

Владимир поворачивается к нам, смотрит на лежащих перевертней, на встающую охотницу, у которой блестят в руках иглы.

– Простите нас, если сможете! – рычит Владимир и прыгает на Геннадия.

Мгновение полета и они скрываются за краем обрыва. Доносится тоскливый вой. Охотница подбегает к краю и оборачивается с огорченным видом…

Луна из-за туч ярким глазом моргает,

Звезды крикнут с небес: «Тебя заждались!»

И ветер, что с листьями в салки играет,

Слегка подтолкнет: мол, давай, торопись.

Жук

Я отталкиваюсь от стены – спина затекла от неровных бревен.

Ещё раз окидываю взглядом помещение дома, в котором мы скрываемся. В закутке теснятся два узких топчана, покрытых лоскутными одеялами. Подобие кроватей обогревает стоящая рядом печь из сказки о щучьем велении.

Возле грубого стола прикорнули две скамьи с разных сторон. К стенам приколочены полки, на них поблескивает алюминиевая посуда, в углу прислонились друг к другу три винтовки. Охотничий домик, не из тех, что показывают по телевизору, где камин и медвежья шкура на полу считаются обязательными атрибутами, а жилище людей, которые охотой добывают пропитание.

И среди этой суровой мужской практичности лишним предметом кажется детская кроватка….

Ульяна засыпает под потрескивание и гудение огня. Словно игрушечные, ручки и ножки вольготно раскинулись по кроватке. Синяя пустышка-соска иногда покачивается во рту, когда она начинает причмокивать.

Вячеслав и Людмила сидят на топчане у печки. Её черные волосы спускаются на широкую грудь белозубого парня. Он что-то нашептывает на ухо, нежно обнимает левой рукой.

Глядя на них, я снова ощущаю укол ревности, хоть и понимаю, что глупо – Людмила никогда не переставала любить Вячеслава, даже во время встреч с Александром. Я едва слышно кашляю, они вздрагивают и смотрят на меня. Похоже, что они напрочь забыли, где находятся и почему.

– Жалко ребят, пропали ни за что.

– Ты о ком? – Вячеслав непонимающе склоняет голову.

– О Владимире и Геннадии, мы же только что о них говорили.