Звезда Давида

Подумал, что сам он спокойно поест и это, а Гузель пусть не знает, что за мясо.

Он осторожно, боясь разбудить девушку, залез под овчину и обнял её, положив ладонь на упругую грудь. Она чуть шевельнулась, но не проснулась.

Гузель разбудила его, когда небо нахмурилось, а солнце спряталось за серые облака, что неслись в вышине на полночь, к знакомому Хлынову.

– Егорка, утро уже. Не пора ли ехать?

– А куда ехать? – недовольно спросил Егор. – На заход? Там вроде бы река большая. Дон прозывается. Да крутом татарва! Когда-нибудь они сцапают нас.

– Что это ты? Что с тобой? – Гузель со страхом взирала на Егора, не понимая его настроения. – Так и будем сидеть здесь? И чего дождёмся?

– Что-то я так устал, Гузель! А что говорить о тебе тогда?

– А как ты думаешь, Егорка! Едва могу сидеть в седле, а спустившись, чуть не падаю. Как всё это жутко и неопределённо.

Они долго молча лежали под тёплым кожухом, вдыхая влажный воздух весны.

– Сегодня тепло, – как-то уныло протянул Егор. – Грязи будет много.

– Да уж, – согласилась Гузель. – А ты хоть немного представляешь, куда ехать?

– Знаю, что вокруг одни татары, а до наших мест ещё ехать и ехать! Да и то больше на полночь. Лишь там можно встретить наших.

– Далеко те земли? – допытывалась Гузель, беспокоясь и поглядывая на вялого спутника. – Или тоже ничего о них не знаешь?

– Не знаю, – откровенно ответил Егор. Всё же встал и огляделся в поисках коней. Они едва виднелись в кустарниках. – Лучше костерок запалим, а то жрать охота.

Поев волчатины, Гузель спросила с интересом:

– Что-то мясо какое-то невкусное было. Или не прожарилось?

– Нам ли перебирать, девка? – грубо ответил Егор.

Гузель бросила на него обиженный взгляд, но промолчала, понимая, как он обеспокоен их положением.

Они молча собрались, оседлали коней и поехали на запад, склоняясь немного к полуночи. Гузель ничего не спрашивала, боясь разозлить Егора, единственную её опору и надежду не попасть опять к татарам в рабство.

Лошади трусили лёгкой рысью, а Егор привставал на стременах и оглядывал степь. Снежных пятен было мало, остальное было грязно-жёлтого цвета. Солнце то выглядывало, то пряталось за низкую облачность, а Егор всё поглядывал на него, определяя направление.

– Уже полдень, Гузель, – молвил он и остановил коня. – Передохнём, да и коням надо подкрепиться. Слазь, – протянул он руки, помогая. – Смотри не свались.