Книга пяти колец

Красные шарфы приказали всем местным убираться оттуда или же помогать строить баррикады. Мастер Киу собрал красных шарфов в единый кулак и укрепил портовую стену, но он считает, что они не удержат ее дольше пары часов.

– Поднимай всех, Бэй! Мы идем в бой! Как в старые добрые времена, брат! – глаза Хвана горели огнем, он словно скинул с себя лет тридцать и теперь хотел выплеснуть свое беспокойство и затаенный страх на тех, кто посмел напасть на его город. Не успел он это произнести, как по лестнице словно взлетел еще один боец и рухнул на колени.

– Господин Хван, – говоривший уткнулся лбом в пол. – Мастер Киу ранен, мы сможем удерживать стену не больше получаса! Нападавшие не считаются с потерями, они смяли первый рубеж обороны! – выпалил он на одном дыхании, а я краем глаза увидел зеленоватый блеск в окне.

На лиловом сумеречном небе кометами взлетело несколько ракет, зависнув на несколько секунд, они взорвались, превращаясь в очень красивую фигуру в виде стилизованного паука.

“Вот теперь начнется веселье, малыш. Выживи в эту ночь и узнаешь о себе гораздо больше, чем ты хотел”. Произнеся эти слова, голос в моей голове снова испарился. Как же бесят все эти непонятки! Губернатор отдавал приказ за приказом, а дед стоял за его плечом. Всем своим естеством я понял, что тот паук означает что-то крайне важное.

– Дедушка, господин Хван! – крикнул я, привлекая их внимание. – Посмотрите в окно!

– Святое Небо! – только и смог произнести дед, когда развернулся на мой возглас.

 – Пауки! Поцелуй меня все демоны Дзигоку в задницу! Пауки так далеко от стены!

– Вот дерьмо! Вызывайте этого ублюдка Жуженя с его бойцами! Приказ губернатора! Выполнять! – голос Хвана звенел от гнева, кажется, все, кроме меня, понимали, что за херня тут творится.

– Все вон! – голос деда отдавал металлом и словно вибрировал. Слуги и солдаты тут же поспешили выполнить приказ, одновременно закрывая двери.

 – Предки предупреждали, а мы все прошляпили, брат. Это моя вина и я заплачу за нее.

– Три корабля торговцев в гавани, вот как они проникли в город. Так что это моя вина, – в голосе Хвана не слышалось ни гнева, ни злобы, только усталость, словно на его плечи обрушилась плита. – Мой долг – повести своих людей в бой, даже если он будет последним! Сейчас я сильнейший мастер колец силы… – но дед его резко перебил.