Безопасный уровень

А вот дочь, едва не уронив стул, резко встала, швырнула ложку в чуть тронутый завтрак и быстрыми шагами направилась к двери.

– Может, доешь все-таки?

– Доешь сам, – Софья суетливо надевала куртку, – и не забывай хвалить!

Дверь за ней захлопнулась.

Я подошел к окну и отодвинул легкую голубую занавеску. Софья как раз выходила за калитку. Лучи восходящего солнца отражались от ее белой короткой куртки, а ветер развевал длинные русые волосы. Вот тебе и хорошее утро.

Рука Иры легла мне на плечо.

– Просто переходный возраст, – голос супруги был тихим.

– Да, – сказал я так же тихо.

Мы оба знали, что это неправда.

– Позавтракаем? – после небольшой паузы уже громче предложила Ира.

Я обернулся к столу, на котором сиротливо стояла тарелка.

– Включай.

Ира нажала кнопку на пульте, направив его на кухонную камеру, та зажужжала, взлетела и, вращая во все стороны объективами, зависла в метре над столом. Я сделал шаг вперед.

– Ну раз моя упрямая дочь отказалась, – объективы камеры сфокусировались на мне и тарелке, – то я с удовольствием доем за ней! «Хезуки» с утра – что может быть лучше?

Мы заканчивали завтрак в лучших традициях рекламных роликов: улыбки в камеру и друг другу, хвалебные речи то одному, то другому блюду.

Ира сделала дополнительный акцент на новом наборе ножей и отлично работающей посудомоечной машине (откровенно говоря, достаточно паршивой). Чтобы мое поведение более-менее соответствовало словам, я запрятал мысли о Софье на задворки сознания и старался думать о новой газонокосилке, которую собирался купить на одной из распродаж, приуроченных к Концу Цикла.

После мы пили кофе «Премио» с «ярким насыщенным ароматом» и смотрели ролики из Красного мира, супруга что-то печатала на браслете, сосредоточенно морща лоб.

– С Викторией переписываюсь, – пояснила она, поймав мой взгляд. – Кстати, завтра заскочишь к ней?

– Опять?

– Ты же не откажешь своей любимой жене? – Ира подмигнула и коснулась пальцами моей ладони.

– Какие сантименты на пятнадцатом году брака.

– Сереженька, то ли еще будет.

Она встала, из-под неплотно запахнутого халата на секунду показались кружевные розовые трусики, зашла мне за спину и наклонилась. Мягкие волосы, источая аромат свежих яблок, упали на мои плечи, а теплые руки скользнули под рубашку, двигаясь все ниже.

– Как насчет вспомнить молодость?

Губы Иры коснулись шеи, а от жаркого дыхания по телу побежали мурашки.