Римская Волчица I

Мы же не воюем с Халифатом, об этом всегда в новостях говорят. Только превентивно патрулируем их границы во избежание конфликтов.

И по гражданским флаерам мы не стреляем, и по лживым обвинениям не арестовываем. Рим, как тебя узнать? Может быть, я сплю?

Она поежилась и поджала исколотые босые ноги, горевшие от мелких царапин. Хорошо хоть на сучок или камень не напоролась. Но на каблуках по горам было бы еще глупее.

– Почему Люций именно тебя послал? Где все его легионеры? Что, никого постарше не нашлось?

– Я его друг, и я давно взрослый.

Кого ж ему еще было посылать. В моем возрасте принцы уже сражаются за трон в поединках.

– В каких, о боги подземного мира, поединках?

– В смертельных. На ножах, – буркнул Малак, занавесившись темными волосами и посмотрел на нее исподлобья. Очевидно, замечание про возраст показалось ему обидным.

– Надо поспать, если в темноте идти дальше – искалечимся. А утром двигать туда, где новый флаер можно раздобыть. У тебя есть убежище? Охрана?

– Квартира.

Нет, это не годится. Я обращусь за помощью к Семье.

Малак подумал и коротко кивнул. Растер себе плечи, свернулся прямо на земле, на сухой хвое, повернувшись спиной к костерку.

– У тебя точно нет церебрального чипа?

– Нет.

Вот и ответ – Люций послал за ней того, кого не засекут, о ком на планете предположительно не знают и за кем не будут следить, как наверняка следят за всеми его офицерами. Предусмотрительно. И все-таки о Малаке здесь могут что-то знать, раз Люция уже обвинили в связях с Халифатом, что бы это ни значило.

Электра зашипела от злости – на сенат, на себя, на дорогого адмирала, а потом – ну что делать, легла и постаралась уснуть. Небо удачно заволокло тучами и оно было таким темным, словно звезды ушли с него навсегда.

Спать на земле без термомешка, даже у костерка, было холодно, непривычно жестко и колко. Короткие часы отдыха Электра провела в полусне, ворочаясь и размышляя, что делать дальше. Было ясно, что сама она с ситуацией не справится, нужна тяжелая артиллерия.

Значит, или глава Семьи Аурелиев и тетка Люция, Августа – уж она-то должна вступиться за племянника, как иначе! Или глава ее собственной Семьи, дядя Корнелий. Если Августа и впрямь была родной теткой Люция, то в случае Электры родство с главой клана было условным – отец ее приходился дальним кузеном Валерии Флавии, супруге Корнелия. Дружеской близости между ними и Электрой никогда не было, но обращаться за помощью все же стоит к ним, рассудила она.